— «Все» обычно заканчивают разорением, — усмехнулся я. — Послушай, я не против агрессивной торговли. Но она должна быть структурированной.
Я начертил на бумаге пирамиду.
— Вот смотри. Представь свой капитал как пирамиду. Внизу, в основании самые надежные, консервативные инвестиции. Облигации, предпочтительные акции стабильных компаний, банковские депозиты. Это сорок-пятьдесят процентов капитала.
Я нарисовал следующий уровень пирамиды.
— Здесь размещаем акции голубых фишек с хорошими дивидендами и умеренным ростом. General Electric, Standard Oil, U. S. Steel. Это тридцать процентов капитала.
Затем нарисовал третий уровень.
— Здесь более рискованные, но перспективные компании с потенциалом роста выше среднего. Автомобильная промышленность, химические компании, розничная торговля. Пятнадцать процентов капитала.
И, наконец, вершина пирамиды.
— И только здесь, на самом верху, мы размещаем самые агрессивные инвестиции. Высокомаржинальная торговля, новые технологические компании, краткосрочные спекуляции. Не более пятнадцати процентов капитала.
Эдвардс изучал схему, постепенно понимая суть.
— Но при таком распределении невозможно получить действительно высокую доходность, — возразил он.
— Ошибаешься, — я покачал головой. — Весь секрет в том, что верхние пятнадцать процентов ты действительно торгуешь крайне агрессивно, с высоким левериджем. Допустим, десять к одному или даже выше. Но делаешь это только с этой небольшой частью капитала, которую можешь позволить себе потерять. А остальное работает как страховка.
Я быстро провел расчеты на бумаге.
— Смотри. Если твои агрессивные 15% принесут 300% прибыли, что вполне реально при правильном подходе, это даст 45% прирост всему портфелю. Добавь сюда 8–10% от более консервативных инвестиций, и общая доходность составит 53–55% годовых. Великолепный результат без неоправданного риска.
Глаза Эдвардса расширились.
— Я никогда не думал об этом так…
— Большинство не думает, — кивнул я. — Они слышат истории о тех, кто сорвал куш на агрессивной торговле, но не слышат о сотнях разорившихся. Настоящее искусство — управлять соотношением риска и доходности.
Затем я перешел к конкретной ситуации с портфелем Дэвидсонов.
— Теперь к твоей текущей проблеме. Мы используем комбинированный подход, чтобы максимально быстро восстановить потери. — Я разделил лист на несколько колонок. — Первое. Закрываем все текущие позиции в Radio Corp. Они еще продолжат падение на новостях.
— Но это зафиксирует убыток! — возразил Эдвардс.
— Именно. И это правильно. Никогда не держись за падающий нож в надежде, что он отскочит, — я твердо посмотрел ему в глаза. — Лучше признать ошибку и действовать дальше, чем упрямо цепляться за проигрышную позицию.