Камал
Пять лет спустя
Ласковая ручка Эмилии перебирала волосы на моей бороде, а я делал вид, что сплю. И млел. Пять лет она будила меня только таким способом, а я всегда долго делал вид, что не просыпался, чтобы продлить сладкие утренние мгновения.
— Камал, просыпайся, пожалуйста, — потребовала Эмилия, — уже одиннадцать дня.
— Еще почеши, — потребовал я, открывая один глаз. — Мы куда-то торопимся? Сегодня выходной, лето, тебе наконец-то не надо в универ.
Я зевнул и притянул жену к груди. Удобно устроил и снова попытался задремать, но…
— Ай! Лия, если я где-то виноват, то на коленях молю: прости. И пощади бороду.
— Прощаю. Просыпайся, Кам! Тебе срочно нужно съездить к Хасану, забрать у него кое-что, он знает что!
— Гав! — подал голос наш шпиц, которого я подарил жене четыре года назад.
Потому что она захотела собаку, а я никогда не мог ей отказать. Черный потомок волков, он же пробник собаки, залез на кровать и принялся кусать меня за нос, щекоча пушистой шерстью.
Но Лия быстро беспредел прекратила и забрала Сникерса в свои ласковые ручки.
— Срочно? — Я снова приоткрыл глаз.
— Да. Очень. Надо прямо сейчас вставать, чистить зубы, расчесаться и ехать! Давай. Ну, Кам, ну пожалуйста, ну надо!
— Я когда-нибудь обязательно научусь тебе отказывать, — пообещал я, поднимаясь. — Что там нужно?
— Хасан знает, — загадочно пообещала Лия.
Я чмокнул жену в висок и пошел в ванную. Принял душ, почистил зубы, оделся и вышел. Эмилия уже стояла в коридоре, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
— Сейчас выйдешь и поезжай к нему, — продолжала она давать указания.
— Опять по учебе? Лия, ты уверена, что этому пенсионному фонду можно доверять помощь в твоем образовании? Он же уже ничего не помнит, да и учился он на стоматолога, — попытался восстановить я справедливость.
— Можно, он мне всегда помогает. Ну, Бармалейка, Хасан торопится. Иди, пожалуйста.
Она подошла ко мне, чмокнула в щеку, а я растаял. И поехал делать то, что жена сказала. Потому что у нас в семье вопиющий патриархат, конечно. У всех мужчин нашей семьи домостроевские порядки в доме, и жен мы держали в ежовых рукавицах, да.
Я надел легкие кроссовки, еще раз поцеловал Лию в носик и пошел к машине, нещадно зевая. Вышел на улицу, щурясь от яркого летнего солнца, подошел к своей машине, достал ключи и…
— И как нам это сделать?
Голоса за спиной были очень знакомые, я напрягся, но пока решил ничего не предпринимать.
— Накидывай и тащи, — это Варенька, жена моего младшего брата и заклятая подружка Эмилии.
— Мы его вдвоем не утащим, — я узнал голос Серафимы, еще одной подружки Лии.