Охранник охнул, качнулся и начал оседать, он хлопал веками, таращился на меня так, будто еще пытался понять, что произошло. Я замахнулся рукояткой еще раз, чтобы добить его наверняка, только второй удар не понадобился. Он вдруг весь обмяк и повалился мешком на палубу.
Я быстро подхватил тело, приподнял, перевалил за борт. Внизу раздался глухой всплеск, и вода сразу сомкнулась над трупом, будто давно ждала жертву.
Следом за ним я отправил за борт и автомат. Он был здоровый, неудобный, с ним по узким проходам и лестницам не побегаешь, а тащить его с собой значило только цепляться за поручни и лишний раз шуметь.
Я быстро огляделся, заметил у стены ящик с песком, щедро засыпал кровь, понимая, что маскировка получается так себе, но все равно лучше, чем оставить на палубе темную лужу, которая бросится в глаза любому. Теперь другим охранникам хотя бы придется гадать, что здесь было: мазут, грязь, ржавчина или еще какая дрянь, а я за это время успею пройти дальше.
— Егор, иди в левое ответвление, там никого нет, — быстро сказала Иби, и я сразу сдвинулся в сторону, почти скользя вдоль стены.
— Охранник на восемь часов от тебя, в двадцати метрах, на средней палубе. Другой охранник…
Договорить она не успела.
Между лопаток вдруг уперся ствол оружия, и зычный голос проговорил почти мне в ухо:
— Стоять! Волыну брось!
— Руки держи так, чтобы я видел, — с нажимом проговорил голос у меня за спиной.
В наушнике тут же зазвучал виноватый голос Иби:
— Егор, прости. Я не видела его, он был в слепой зоне… Осторожно! Пистолет у него в правой руке, на уровне твоих лопаток. Расстояние до пистолета примерно… Черт, не могу разглядеть!
Положение было дрянь. Я бросил пистолет, чтобы не спорить с вооруженным в такой уязвимой позиции, и стоял, чуть расставив руки, чувствуя спиной холод ствола, хотя он в меня не упирался, его держали на некотором расстоянии. Развернуться всё равно не успею, раньше пулю получу. Охранник между тем уже вышел в эфир.
— У нас гости, — проговорил он в рацию.
Рация похрипела, пошуршала, а потом оттуда донесся голос Старожилова, сухой, как наждак:
— Кто там?
— Ваш бывший работник. Фомин.
Пауза вышла короткой — очевидно, после той стрельбы в паркинге он даже не удивился.
— В расход его и за борт, — выдал своё решение Старожилов.
— Понял, — отозвался охранник и толкнул меня стволом в спину. — Иди вперед, к борту.
Я пошел, потому что выбора не было. Он хотел подвести меня ближе к воде, грохнуть там и не возиться потом с телом, а просто спихнуть вниз, чтобы течение и тьма закончили грязную работу. Ситуация была патовая, и всё, что мне оставалось, это продать свою жизнь подороже. Только я отлично понимал, что просто рыпаться не стоит — шансов вывернуться из-под пистолета, перехватить руку и не словить пулю почти нет.