— Устала, — эхом повторяет Аня. — Очень устала.
— Тебе надо отдохнуть, — заявляет Мара деловито. — Мама говорит, что после отдыха всё становится лучше. Хочешь, я спою тебе колыбельную?
Аня не отвечает. Я чувствую, как её контроль слабеет. Как она уступает мне место.
Верни.
Шепчет она. Я хочу вернуться .
Я принимаю контроль обратно. Мои глаза снова зеленеют. Мара смотрит на меня и улыбается.
— Она ушла?
— Ушла.
— Ей понравится колыбельная в следующий раз?
— Ей очень понравится.
Я смотрю, как Мара убегает обратно в сад, и чувствую, как внутри меня что-то меняется.
Она не злая, — думаю я. Аня не злая. Она просто сломленная. Как и я когда-то.
Арсанейр обнимает меня сзади. Его подбородок упирается мне в макушку.
— У нас удивительная дочь, — говорит он.
— У нас удивительная дочь, — соглашаюсь я.
Мы стоим так долго, наблюдая, как Мара играет среди цветов. Светокрылы вьются вокруг неё, словно признавая свою королеву. Вдалеке, над Ауриумом, зажигаются огни.
Я поворачиваюсь к нему. Смотрю в его глаза, огненно-золотые, глаза демона, который стал моим всем.
Красное дерево шумит листвой. Ветер доносит запах цветов. Где-то вдалеке Мара кричит, прося нас догнать её.
Мы бежим за ней, смеясь.
И где-то внутри меня Аня впервые за долгое время закрывает глаза и засыпает. Без кошмаров. Без боли. Просто спит…
— Мама! — кричит Мара. — Смотри!
Она протягивает мне светокрыла. Золотого, переливающегося, с крыльями, как у маленького дракона. Он сидит у неё на ладони и светится.
Я беру светокрыла на ладонь. Он греет кожу, пульсирует тёплым светом. Я разжимаю пальцы.
Он улетает в небо, сливаясь с тысячами других огней.
Рядом со мной муж и дочь. Вокруг сад, который я вырастила из пепла. Внутри мир, который я заслужила.
И я знаю: это действительно только начало нашей долгой и счастливой жизни
Конец