Тем больше оказалось мое удивление, когда бандиты внезапно заткнулись и негромко галдящей толпой потрусили к машинам и принялись их разгружать. Бородатые, загорелые мужчины в потертых куртках и потрепанной броне удивительно дружно и споро работали и только редкие крики, зуботычины и угрозы прирезать выдавали в них Экскарских мордоворотов, а не каких-нибудь разнорабочих из глубинки. Было видно, что ребята, несмотря на привычки, отлично понимали, что и зачем делают.
— Ты что с ними сделала? — шепнул я Афине, только чтобы осознать, что богиня куда-то пропала и оставила меня одного. Я почесал затылок. — Гм. Видимо, я никогда не узнаю. Обидно немного.
Неподалёку, со своим привычным педантизмом, я заметил ребят из Спарты, которые под командованием Элайаса разворачивали полевые кухни и пункты первой помощи. Я хотел крикнуть и позвать брата, но потом передумал и не стал его отвлекать. Парень явно был занят: носился между рядами бойцов, отдавая команды направо и налево, то и дело проверяя припасы и заглядывая в котел с едой к явному раздражению главного повара. Тот, к слову, долго предприимчивого командира терпеть не стал и, деликатно выпроводив Элая, снова принялся колдовать над едой. Я ощутил запах тушеного мяса и горячего кофе, и желудок предательски заурчал, напоминая о том, что с прошлой ночи я вообще ничего не ел.
Так, неузнанный (признаюсь, вроде бы и хорошо, значит, люди подобраны, правильно, а с другой даже слегка обидно) я достиг главной площади, когда внезапно на глаза попался знакомый силуэт. Жилистый, подтянутый, с непроницаемым лицом — кто еще, как не Рью, первым заметил Архонта и поспешил навстречу. Мой ближайший помощник почти бежал, но под конец замедлился, перешел на быстрый шаг и тут же вытянулся передо мной по стойке «смирно».
— Господин, — коротко поклонился он. — Рад вас видеть целым и невредимым.
Я бросил на него внимательный взгляд. Рью постарел за эти два года. Его лицо, и без того суровое, стало еще жестче, появились новые морщины, глаза глубоко залегли. Самурай явно не отдыхал за эти два года, и я снова, в который раз за сегодня, ощутил укол совести.
— Я тоже рад тебя видеть, дружище. По тебе я скучал больше других, — я сжал его плечо на воинский манер, и самурай, с трудом сохраняя суровое выражение лица, едва заметно, удивленно дернулся. — Хотя нет. Больше всего по Тали.
Отбросив шутливый тон, я огляделся по сторонам и спросил.
— Докладывай. Как обстановка?
— Господин, — Рью склонился, — войска полностью переправлены Афродитой. Мы ожидали больше людей из Спарты, но, похоже, многие решили остаться.