— Плохо охраняете, — ухмыльнулся крупный толстяк. Похоже, он был главным в группе. — А руки все же подними и ложись на асфальт. С удостоверением и твоей личностью потом разберемся. Вдруг оно фальшивое? Если настоящее, лично извинения принесу, нет проблем. И клиенты пусть к тебе присоединяются. Разбираться будем потом. Сейчас — одно резкое движение, сразу открываем огонь.
Джек скривился, но подчинился приказу.
— У нас раненный, можно он останется в машине? — проорал я. — В бок попали, лечь не сможет, истечет кровью.
— Пусть остается, но поднимет руку, — разрешил толстый коп. — Хотя бы одну.
— Всем лечь на землю, — скомандовал я. — Полиция не шутит. Это не наша милиция, эти сначала стреляют, потом разбираются…
Десантника забрала машина «Скорой». Повезла в клинику в сопровождении полицейского шевроле «каприс классик», а нас доставили в участок. Там пришлось провести три часа, отвечая на вопросы копов и оперативно примчавшихся в отделение федералов. Нас даже сперва хотели перевезти в другое место, в региональный офис ФБР для более подробного допроса. Не получилось. В нашу защиту сразу же включился Адамян-младший, отлично знающий федеральное и местное законодательство. Затем примчался консул, требующий, чтобы ему дали поговорить с советскими гражданами. Ещё через двадцать минут в участок ворвался Айк Адамян с двумя юристами своей компании. Они сразу начали цитировать статьи криминального кодекса, международного права и Конституции США.
Настоящей вишенкой на многослойном торте наших защитников стал адвокат из Бруклина, нанятый мистером Рокволдом. Он подъехал в участок последним, через полтора часа после нашего прибытия. Алан Дершовиц — профессор права Гарвардской школы, являлся одним из наиболее известных в мире западных юристов, специализирующихся на криминальном праве, и одним из самых знаменитых и высокооплачиваемых адвокатов США.
В восемьдесят четвертом — восемьдесят пятом годах он прославился на весь мир делом Клауса фон Бюлова, обвиняемого в попытке убить больную сахарным диабетом жену введением мощной дозы инсулина. Английский потомственный аристократ уже признанный виновным американским судом, и приговоренный к тридцати годам тюремного заключения, нанял Дершовица. Алан подал апелляцию и выиграл два суда. В первом доказал незаконное получение улик лицами, заинтересованными в осуждении фон Бюлова. Во втором окончательно снял все обвинения с подзащитного. Жена Клауса после той инъекции навсегда осталась «растением», но лучшего американского юриста такие мелочи не интересовали, свой гонорар он отработал сполна.