— У меня от присутствующих товарищей тайн нет, — заявил Владимир Петрович. — Все люди не простые, проверенные, занимают ответственные посты, допущены к секретам государственной важности, подписки давали. Дело с Елизаровым каждого из нас касается. Говори прямо, что произошло.
Семен Иванович несколькими скупыми фразами обрисовал ситуацию. По мере его повествования лица присутствующих мрачнели.
— У меня просто слов нет, — с окаменевшим лицом процедил Владимир Петрович, когда полковник закончил. — Это же надо, даже такое простое поручение твои дуболомы запороли. Было сказано, привезти Елизарова для разговора, действовать аккуратно, человек не простой. Какого черта, его запугивать начали?
— Старший лейтенант напортачил, — пожал плечами полковник. — Он этих «новых хозяев жизни» ненавидит. А тут такой случай представился над кооператором поглумиться. Прохоренко, как я понял, сначала промолчал, смотрел реакцию Елизарова, а потом исправлять ошибку было уже поздно, под раздачу попал.
— Что это за Рембо такой недоделанный, Елизаров? — раздраженно буркнул толстяк. — Ладно, наших пацанов отлупил. Они ещё щенки зеленые, хоть мой Виталик рукопашкой с лучшими инструкторами несколько лет занимался. И, честно говоря, за дело вломил. Я своему ещё добавил, чтобы в следующий раз не жопой, а головой думал. Но чтобы четырех офицеров ПГУ уложить, отобрать оружие и сбежать, такого я даже представить себе не могу.
— Елизаров — очень опасный тип, — пояснил Семен Иванович. — Два раза привлекался к уголовной ответственности. Воровство и хулиганство. В третий раз грабеж не доказали. Рос во дворах со шпаной, дрался с детства. Несколько лет назад неожиданно увлекся боксом. По имеющимся сведениям в ринге на равных стоит с мастерами, некоторых даже переигрывает в спаррингах. И он не один с вашими пацанами бодался. Ещё водитель был, десантник, тяжеловес, мастер спорта по самбо, детина, ростом за метр девяносто и весом далеко за сотню кэгэ. Неудивительно, что они вдвоем легко вздули троих детишек. В случае с нашими сотрудниками, как я понял, сыграл фактор неожиданности. Елизаров сымитировал сердечный приступ, неожиданно локтем вырубил Семенова, затем укусил за нос и надавил на глаза Лемешову, а потом отправил его в грогги, сломав переносицу. Дальше все было проще, нокаутировал старшего группы, забрал ствол, заставил шофера остановиться, а потом вырубил.
— Что делать будем? — толстяк перевел взгляд на Владимира Петровича. — Я так понимаю, поговорить с ним мы сейчас не сможем? Ожидать несколько часов пока он проснется, глупо. Мы все люди занятые, у каждого много дел.