— Как скажешь, — Леди скорчила недовольную гримаску. — Ладно, без ваших показаний порешают. Есть ещё одна просьба, дополнительная.
Игла в голове снова кольнула, я поморщился и потер ладонью лоб:
— Говори.
С лица брюнетки пропала улыбка, она прищурилась, изучая мое лицо.
— Держать язык за зубами, — после небольшой паузы заявила оперативница. — Не нужно бегать, жаловаться, устраивать пресс-конференции, давать интервью.
Я помолчал.
— После выхода из больницы Ивану Сергеевичу организуют путевку в хороший санаторий для реабилитации и восстановления, квартиру поменяют, из однокомнатной, в которой он сейчас живет, на двухкомнатную. Денег дадут. Произошедшее уже не изменишь, но для старика сделают всё, чтобы загладить свою вину, — голос брюнетки звучал холодно и отстранено. Она просто озвучивала то, что её попросили передать.
— Оболтусов, сбивших старика, накажут, — заверила оперативница. — Отцы — люди солидные, на высоких должностях. Великовозрастные балбесы уже своё получили, и ещё получат.
Я задумался. Идеалистом перестал быть давно. Ещё со времен студенческой молодости понял: людей не переделаешь, на всех уродов кулаков не хватит, а жизнь несправедлива. Но с годами осознал ещё одну истину — жить надо по совести и не совершать поступков, за которые потом будет очень стыдно. Репутацию строить долго, а потерять можно в один миг. Лизоблюдов не уважают, лгунам не верят, подонков ненавидят и опасаются…
Брюнетка терпеливо ждала ответа.
— Передай высокопоставленным товарищам, я согласен. Раздувать историю не буду. Но при одном условии. Они не вписываются за своих сынков, как суд решит, так и будет. Договорились? — я внимательно наблюдал за реакцией оперативницы. Интересно, что она ответит. Если сразу согласится, значит точно развод. Высокопоставленные папаши, не вмешивающиеся в судебный процесс, чтобы спасти сыночков-мажоров — это даже на анекдот не тянет. Небольшая проверка на вшивость, заодно посмотрим, за кого меня держат.
— Я не уполномочена принимать такие решения, — медленно ответила женщина. Лицо брюнетки осталось бесстрастным, но на долю секунды в глазах промелькнул довольный огонек.
— Но думаю, договориться в принципе можно, — с таким же невозмутимым лицом добавила она. — Условие передам, как только ответ будет, ты о нём сразу узнаешь.
«Похоже, меня хотят тупо развести. Чтобы я не поднимал скандала, молчал, а папашки вопросы со следствием и судом решат», — мысленно сделал заметку я. — «Формально будут чистыми. Суд так решил, они не при делах. А потом, Бобков может уйти в отставку, и со мной будет легче расправиться. Ладно, подожду официального ответа от папаш, а там будет видно. Но готовиться к возможным проблемам, начну прямо сейчас. Предупрежден, значит, вооружен».