Она неожиданно усмехнулась и вперила в меня ироничный взгляд.
— В самом конце? Иногда ты, вроде, умным кажешься и чуть ли не гением, а потом выдаешь такие фразы, как будто вчера из пещеры на белый свет вылез и стал лампочке поклоняться.
Сделав короткую паузу, набрала в лёгкие воздуха и продолжила.
— Отец из семьи чеболя. Второй после брата. Ветеран старой закалки. Он с самого начала себя мягко вёл. А в конце вообще…
Неопределённо взмахнув рукой, прикусила губу и, после секундной заминки, закончила мысль.
— Говорил с тобой, как с другом и союзником. И обращался к нам обоим! Как к единому целому! Просто так думаешь? Или, считаешь, он каждому такие вещи говорит? «О, посмотрите, он вырос в трущобах и знает какова на вкус человеческая кровь — такой солдат нам в семье пригодится.» Да он мне прямым текстом разрешил с тобой встречаться!
Я ещё раз прокрутил в голове разговор с Чунг Хи Ченом. В самом начале дружелюбным он мне вовсе не показался. Но, с другой стороны, мне и сравнивать было не с чем — я ни разу не видел его в процессе общения.
Посмотрев на девушку, уточнил.
— Предположим, что всё так, как ты говоришь. Что из этого следует?
Подавшись вперёд, она сверкнула глазами.
— Ты сейчас серьёзно? Не боишься, что в один прекрасный день увидишь на горизонте китобойное судно, капитан которого задаст сакральный вопрос — а почему ты ещё не женат на моей дочери? И, не получив ответа, всадит в тебя гарпун, потащив свежевать на берег.
Эмоциями от неё фонило самыми разными — смущением, гневом, раздражением и даже страхом. Я же, наконец, понял в чём дело. С одной стороны, она боялась реакции отца, который, видимо, казался ей достаточно мощной фигурой, чтобы вызывать опасения одним фактом своего интереса к той или иной теме. Даже если у того не имелось никаких объективных рычагов воздействия. Частый случай. Особенно, если речь идёт о младшем ребёнке в семье и возрастном родителе. Тем более, мать Чжи Чен умерла, когда та была совсем маленькой и всё воспитание легло на плечи отца.
Другой момент — девушка неосознанно пыталась надавить на меня самого. Её сознанию потенциальное недовольство Чунг Хи Чена казалось настолько опасным, что она машинально считала его фактором, который сработает и на мне.
Изменив выражение лица, я отзеркалил её позу и принялся спокойно излагать.
— Во-первых, никто не знает, что произойдёт к моменту его возвращения. Даже лучший из аналитиков спасует, если его попросят предсказать поведение людей в плане интимных отношений. А во-вторых, как бы всё не повернулось, когда ты станешь председателем Чен Групп, то сможешь диктовать свою волю любому члену семьи. Включая собственного отца.