Главное, чтобы власти потом не потребовали от меня взамен еще чего-нибудь… специфического.
***
Остаток дня прошел за разбором вещей и детальным изучением дома.
Артемиссия после обустройства своей комнаты еще некоторое время канючила, выпрашивая прогулку по городу, но, в конце концов, согласилась, что на сегодня впечатлений ей более чем хватает.
Илар заказал продукты и приготовил праздничный ужин, большей частью состоящий из даров озер и овощей, собранных в глубоководных садах.
— А в садах мы тоже побываем? — спросила уже полусонная малышка, пытаясь подсунуть под стол кусочек рыбы для мяука.
Бродяга, оказавшийся настоящим проглотом, бессовестно демонстрировал мастерство делать голодную морду даже тогда, когда уже получил свой ужин и угощения от всех жильцов дома по очереди.
— Нужно будет обязательно организовать туда экскурсию, — согласился Илар, убирая контейнеры после трапезы в специальный моющий агрегат.
— Нужно, наверное, купить андроида-помощника, — предложила я, наблюдая за хозяйственным энтузиазмом первого супруга, а потом с удивлением видя, что к нему присоединился и Райан.
Я все еще не до конца привыкла мысли, что мои мужчины могут так естественно обсуждать уборку, готовку и распределение бытовых мелочей. Хозяйка из меня, если честно, всегда была посредственная.
— Можно, — согласился первый супруг. — К сожалению, когда я вернусь к работе, то не смогу проводить столько времени за бытовыми делами.
— Я могу попробовать, — неожиданно для всех нас подал голос Райан. — Только… я никогда не жил в семье с побратимами и эйрой. А последние годы и вовсе находился в… отрыве от цивилизации.
Мужчина машинально потеребил запястье, на котором носил витой черный шнурок с прозрачной бусиной. Еще вчера, отметив этот жест у Райана, я заподозрила, что его украшение имеет какой-то особый смысл, и для интереса поискала в местной инфосети, что это такое. По итогу обнаружилось, что эйнарцы, потерявшие пару, носят подобные браслеты, которые на их планете называют “Слезой пустоты”, в качестве своеобразной траурной метки.
Странно, но как раз в такие мелкие моменты особенно точно чувствовалась разница между моими мужьями.
Илар тоже фактически потерял прежнюю семью, но его боль уже успела стать частью прошлого, с которым он научился жить. Райан, похоже, все еще держался за свою утрату так, будто отпустить ее значило предать.
— Ничего страшного, я тебя научу. У меня уже был опыт жизни в семье, — подбодрил его Илар.
И сказано это было так спокойно, без тени неловкости или превосходства, что возможно, именно такое его поведение и удерживало всю нашу странную семейную конструкцию от хаоса и непониманий.