— А это и есть пульт сведения. Нет, — присутствовавший в зале специалист мотнул головой, услышав перевод вопроса, — он не предназначен специально для этого магнитофона. Все звуковые устройства стандартизованы по входам и выходам, и каждое вновь появляющееся устройство должно соответствовать ГОСТу по электрическим параметрам и форме разъемов. Кстати, — Он повернулся к магнитофону и щелкнул маленьким переключателем на боковой панели. — Мы можем продемонстрировать звучание.
Огромная бобина с коричневой пленкой начала быстро сматываться на принимающую катушку, и в зале неожиданно громко и чисто зазвучал симфонический оркестр.
— Это симфония номер семь композитора Шостаковича — «Героическая».
Услышав звуки оркестра, многие посетители начали оглядываться в поисках музыкантов, но в конце концов поняли, что работает звукозаписывающее устройство, и собрались вокруг магнитофона.
Морита подошел к пульту и сначала бессистемно, а потом все более и более увлекаясь, начал двигать ползунки каналов, безошибочным чутьем инженера угадывая, какой из их за что отвечает.
Руководитель делегации, наконец, оторвал впавшего в прострацию инженера, и они организованно перешли к следующему экспонату, рядом с которым стояла камера на трехногом колесном штативе.
— А это новая видеокамера и видеомагнитофон. Комплекс носит название «Старт-один». Предназначен для записи телепрограмм и для перевода кинофильмов на видеопленку, — пояснил специалист. — Кстати, кинескоп телевизора произведен на совместном советско-японском предприятии.
— Это записывает изображение? — Один из японских инженеров, не веря своим глазам, попросил переводчицу уточнить информацию.
— Да, товарищ Ватанабэ. — Переводчица кивнула, услышав ответ советского представителя. — Он сейчас продемонстрирует, как это работает.
Быстро, но без суеты два техника включили аппаратуру и, сняв на камеру панораму зала и крупно японскую делегацию, тут же перемотали пленку, и на большом экране возникло четкое изображение, на котором жители империи с удивлением и радостью узнавали себя, тыкая пальцами и бурно обсуждая технологическое чудо.
Потом была микроволновая печь для разогрева еды, компактный радиотелефон, и многое другое, от чего у Акио Мориты просто разбегались глаза. Но больше всего японца поразил крошечный, всего в половину ладони магнитофон с кассетами, в которых уже были катушки. Одна с пленкой, другая приемная. Качество было не сравнимо с большим аппаратом, но размеры позволяли использовать его журналистам и секретарям. Хироси Ватанабэ, который и не скрывал, что работал на флотскую разведку, буквально облизывался на аппарат, а когда узнал, что продолжительность записи на одну кассету почти час, а время работы от батарей четыре часа, был буквально покорен. А Мориту в павильоне «Машиностроение» ждало новое потрясение в виде полностью автоматического станка, который на их глазах превратил заготовку в сверкающую деталь.