– Не знаю… Я уже ничего не знаю… – обреченно выдыхает он. Пошатываясь, выходит из комнаты. – Я буду у себя…
Как только он уходит, все сдерживаемые эмоции вырываются наружу. Я натягиваю штаны и, не в силах больше держаться, тону в океане отчаяния.
Кажется, только сейчас, в этом хаосе, до меня дошло, что с моим сыном… С Никитой… случилось что-то ужасное.
Назар
Нет, это не сказка… Это жестокая игра без правил, где я не игрок, а, скорее, приз или штрафное задание, удваивающее очки.
Я еще не до конца понял мораль этой игры. И вряд ли пойму самостоятельно. Мне не постичь ее смысла без тех опытных игроков, кто управляет мною, Светой и, возможно, еще кем-то…
Бог знает, сколько еще таких «игроков» находится в тени.
Одно более или менее стало ясно: амнезия Светы – не наркотический бред. Ее вообще не было. По крайней мере, во время ее второго визита.
И ведь все вышло до банальности просто: то была не она. Я спал с ее точной копией.
И если бы той ночью я не был одержим вниманием к деталям, то не поверил бы словам Светы. Вышвырнул бы ее за дверь, как и планировал.
Такой мелочью стала родинка у нее на спине. У настоящей Светы ее нет. Ее кожа – чистый лист, без единой отметины, родинки или шрама.
А вот на теле самозванки эта крошечная родинка имеется. У этой жалкой пародии Светы, которая оказалась волком в овечьей шкуре.
Штраф за остановку в неположенном месте, выписанный чуть больше месяца назад, также принадлежит не Свете. И номером ее тоже пользуется не она. Это не она созванивается с тем Родионом, с которым училась еще в школе.
Ее двоюродная сестра позаимствовала у Светы не только ее водительское удостоверение, номер мобильного телефона и бывшего ухажера. Она присвоила себе ее личность.
Аня стала ею.
Но как долго она прячется за чужим именем? Насколько далеко она могла зайти в этой игре?
Из кожи вон вылезу, но докопаюсь до истины и положу конец этому фарсу.
Я врываюсь в спальню, срывая с себя одежду, пропитанную запахом солярки и алкоголя.
Душ манит меня сильнее, чем необходимость разгребать этот ворох проблем.
Стягиваю с себя джинсы, и из кармана на пол вываливается телефон. Двое суток я не прикасался к нему. Экран пестрит уведомлениями о пропущенных звонках и сообщениях.
В голове всплывает календарь, я вспоминаю день недели и наклоняюсь, чтобы поднять смартфон.
Точно… Забыл совсем.
Пролистываю уведомления и нахожу пару сообщений и пропущенных от Светы, а также шквал гневных тирад от Натальи, грозящей судом за изнасилование.