— Абсолютно уверена. Думаю, что мы должны поблагодарить за проведённый сеанс, а всё остальное лучше обсудить дома.
Профессор улыбнулся и сказал:
— Ну, если претензий нет, мне остаётся только пожелать вам счастья в семейной жизни. От себя могу добавить, что я был уверен в том, что вы справитесь, весь мой опыт говорил об этом.
В кабинет зашла ассистентка профессора и положила на стол какие‑то бумаги. Катя и Саша попрощались и пошли на выход. Они смотрели только друг на друга и не заметили, как ассистентка повернулась к окну, чтобы сморгнуть навернувшиеся слёзы. Когда за посетителями закрылась дверь, профессор положил руки ей на плечи:
— Уже столько работаешь здесь, а каждый раз глаза на мокром месте.
— Разве к этому можно привыкнуть? Всегда так переживаю за них всех.
— Настоящие чувства преодолеют что угодно.
— Осторожно, а не то я могу заподозрить тебя в сентиментальности.
Профессор усмехнулся и развернул её к себе лицом:
— Интересно, а ты бы пошла на такой эксперимент?
— Ну ты же называл меня умной. Мне не нужно ничего проверять, я точно знаю, что я хочу.
Она обняла его и поцеловала. Да, роман между профессором и ассистенткой — это совсем не то, что одобрила бы общественность. Но если только с ним она может чувствовать себя такой счастливой, то разве это имеет значение?
Профессор посмотрел в глаза ассистентки и спросил:
— Выйдешь за меня замуж?
— Да, конечно, да.
Катерина и Александр очень быстро добрались до дома: на светофорах им везде горел зелёный свет. Как будто даже светофоры понимали, что они очень торопятся. Им многое надо было обсудить, но как раз поговорить удалось далеко не сразу. Саша сказал, что набежали проценты по супружескому долгу, и пришлось сперва решать этот серьёзный вопрос.
Уже позднее, довольные и умиротворённые, они говорили о будущем, их совместном будущем. О том, что им надо устроить второй медовый месяц, что, возможно, им стоит подумать об ЭКО. Главное, что они нужны друг другу и уже не расстанутся. Вместе они разберутся с любыми проблемами.
— Катя, знаешь, я ужасно испугался за тебя, никогда в жизни ничего так не боялся. Всё‑таки это было чересчур.
— Эксперимент, конечно, получился сомнительный, такое точно не для всех. Но не хочу перекладывать всю ответственность на других. Брак — это постоянная работа над отношениями, а мы сами, получается, не справились. Нам предложили шоковую встряску, и мы согласились. Зато если возникнут разногласия, стоит только вспомнить тот пистолет…
— Может быть, ты и права. Недаром говорят, что если бы мы заранее знали, во что влезаем, мы бы никогда и ни во что не влезли.