Пора было ехать на пустырь.
Через пятнадцать минут машина моя остановилась возле живой изгороди. Место моего прибытие, называем по инерции пустошью, такой на самом деле не являлось. Напротив, я бы назвал его обиталище, потому что тут полно было построек — ларьков, шатров, палаток, вокруг которых сновали толп людей.
«Южная Ярмарка» — красовалась цветастая вывеска на главном входе.
Я вышел из машины, двинул внутрь.
— Молодой человек, меду не желаете? Отличный мед — майский, разнотравье, гречишный, белый, клеверный, из акаций, липовый, луговой, малиновый, вересковый.
— Парень, экологически чистый хлеб! Это тебе не городская пекарня, где не пойми на чем закваску делаю и химию разную добавляют. Это из домашней печи, на дровах! Бери, не пожалеешь!
— Мыло! Мыло!
— Пряжа!
— Лечебные травы!
Кричали со всех сторон, тянули к лоткам посмотреть товар. От обилия такого разноголосья я растерялся и первое время подходил к каждому. Однако вскоре, увидев цены на все эти экологически чистые товары, быстро взял себя в руки. Своей продукции здешние продавцы знали цену и драли в три шкуры. А увидев княжича, и вовсе активировались, желая обобрать его.
Ускорив шаг, я двинул прочь от лавок.
Нужно было найти в этой суматохе Смит, но я понятия не имел как это сделать. Слишком много людей, слишком шумно.
Впрочем, мне повезло. Смит сама нашла меня.
Остановившись возле одной из лавок, где продавали деревянные сувениры, я почувствовал, как кто-то взял меня за руку.
Это была Смит.
— Не правда ли прекрасные вещи? — кивнула она на свистульки.
— Вполне мило, — кивнул я.
— Вы здесь в первый раз?
— Да, — слегка растеряно ответил я.
— Пошлите, я устрою вам небольшую экскурсию. Обожаю это место! Тут так хорошо, людно, шумно, все толкаются, смеются, и никто не смотрит на твои регалии.
С последним я бы поспорил, но благоразумно промолчал.
Мы прошли по рыночным рядам, рассматривая бусы и броши, ткани и пряжу, шарфы и перчатки ручной работы. Смит при этом непременно восхищалась. Я терпеливо шел за ней, понимая, что она не просто так таскает меня по этому место. Но только вот зачем именно — сообразить не мог, пытается определить нет ли за мной хвоста?
А может быть, черная «волга» — это ее рук дело? Сомнительно, но скидывать со счетов эту версию, пока обратное не доказано, нельзя.
Мы прошли одни ряды, зашли в другие. Но непременно шли вперед, не сворачивая с пути. Лавочки рядели, толпа — тоже. В какой-то момент мы вышли на пустующее пространство, похожее на футбольное поле.
Но только это было не футбольное поле.
— Вот здесь будет комфортней нам побеседовать.