— Погоди, так ты из города? — удивился я. — А здесь ты что забыла? Может, тебя домой проводить? Все-таки уже довольно поздно.
— Нет, ну что вы, не стоит, — замахала руками она. — Я к подружке ночевать пойду, к тому же, я могу за себя постоять, сами видите.
— Ага, — кивнул я. — И то, что ты почти всю свою энергию потратила я тоже вижу. Пошли уже, нечего скромничать. Тебя как звать-то?
— Дарина.
Приятно услышать нормальное славянское имя, после всех этих Альбрехтов и Аберфортов. Впрочем, в нашей истории многие цари и вельможи тоже имели западные корни.
Я коротко представился, набросил свой балахон и мы отправились к хутору вдвоем. Однако возле самого поселка нас ждал неприятный сюрприз.
— Лови его! Дави гада! — послышались возбужденные голоса.
Оказалось, что мы стояли прямо на ловчей сети, края которой тут же взметнулись вверх, спеленав нас со всех сторон.
— Стойте, мы свои! — вскрикнула испуганная девчонка.
Но было уже поздно: откуда-то сверху на нас покатился здоровенный мельничный жернов.
Я тихо выругался и направил энергию в свое тело, ненадолго переходя в режим огненного элементаля. Один мощный удар, от которого у меня сразу же загудели руки, и проклятая каменная глыба разлетелась на куски. Еще несколько энергичных движений — и веревки были разорваны, а двое молодых придурков, что караулили нас на дереве, получив по затрещине, попадали вниз, как спелые груши. К счастью, дурацкие доспехи не позволяют мне расти слишком быстро, так что я быстро вернулся в норму, не успев превратиться в великана.
— Прекратите! Нет никакого чудовища, мы свои! — продолжала вопить Дарина.
Со всех сторон стали сбегаться мужики с факелами и кольями.
— Ты кто таков? Назовись! И руки свои держи так, чтобы я их видел! — тут же накинулся на меня один из них.
— Не то что? — саркастически уточнил я. — Или думаешь, что твоя рожа крепче этого жернова?
Честно говоря, плевать мне на их угрозы, — даже если эти доходяги на меня всей толпой набросятся, то не смогут даже связать, не говоря уже о том, чтобы убить. А если бы и могли — сложно напугать человека, которому нечего терять.
— Так это же гость мой, работяга, наемник! Я же его сам на пруд и послал, — вступился за меня мужичок-фермер, подоспевший на шум.
— А с девками нашими чего он там творил? — тут же встрял кто-то из толпы.
— На нас напало чудище, кикимора болотная, — принялась объяснять Дарина. — А господин путешественник его убил и спас всех!
Быстро же она соображает. Уже и чудовище из воображаемого стало реальным.
— Так это что получается, он за вами подглядывал? — какой-то старикан тут же усомнился в моих моральных качествах.