– Будьте добры, билет до Лорсдейла, – выдыхаю название мелкого городка на самой окраине королевства.
Кассир поднимает на меня равнодушные глаза, заученно произносит:
– Первый класс – семь соверенов.
– Второй, – шепчу, опуская глаза.
– Один соверен и три шиллинга.
Кладу деньги на стойку. Получаю билет. Бумажка дрожит в моих пальцах, как бабочка.
Билет. Мой билет к новой жизни.
Поезд трогается, увозя меня к новой, неизвестной жизни.
Вспышка фотоаппарата бьёт мне прямо в глаза. Я моргаю, ослеплённая, не сразу понимая, что происходит. Воздух разрывается от криков:
– Мистер Моггарн! Кто эта девушка?
– Она Ваша невеста? Мистер Моггарн, представьте свою невесту публике!
– Леди! Посмотрите сюда! – Я не сразу понимаю, что этот выкрик мне адресуется.
Потому что как завороженная гляжу на орка. То есть, мистера Моггарна. Фамилия кажется смутно знакомой, но мозг в шоке и отказывается выдавать нужную информацию.
Орк крепко держит меня в своих руках. Смотрит на меня, даже не поворачивается на вспышки камер и выкрики.
Долго. Слишком долго.
Пристально. В потемневших глазах что-то горячее плещется, тяжёлое, расплавленное. Может быть у всех орков так? Никогда не видела орка там близко. Да еще чтобы он смотрел на меня так. Будто он где-то в глубине моих глаз надеется прочитать, о чем я думаю. Или внушить мне свою мысль.
Я чувствую, как у меня дрожат пальцы, которыми я вцепилась в его рукав. Мышцы тела все сводит от напряжения.
Полулежу в объятьях орка. На виду у всех. Гарантированно: завтра это скандальное фото обойдет все газеты.
У меня кружится голова от ужаса. Не так я себе представляла свое бегство! Это не бегство – это провал! Просто крест на всех моих и без того призрачных планах
Мужские руки с легкостью придают мне вертикальное положение, и, словно нехотя, отпускают. Спине сразу становится холодней без прикосновения горячих огромных ладоней.
Но это только снаружи. Внутри у меня горящей лавой разливается предчувствие беды. Завтра на первых полосах можно будет лицезреть меня в неприличной близости – в общем-то в руках! – орка.
Перед глазами проносится, как мой отец получает утреннюю прессу. Реакция Клариссы. Графа Лоренгхайма… Все увидят. Все узнают. “Падшая дочь разоренного графа Деворо в объятьях орка”.
Я сглатываю и забываю, как дышать, представляя огромные буквы кричащих заголовков.
После такого я не то что никогда не выйду замуж, я даже самую грязную работу не найду. Леди не может оказаться так близко к мужчине, если только это не ее муж, или жених. Или… или… В голову ничего не приходит. Правила строги и никаких исключений! Никогда!