Вполне вероятно.
Как оказалось, делать он собирался следующее:
— Ладно, сегодня прогуляем, но к пятнице я что‑нибудь придумаю… — Рио схватил меня за руку и повел наружу.
— А как же оценки?
— Я отпрошусь, сошлюсь, что у нас болит живот.
— Как? Сразу у двоих? — уточнила я.
— Ну да, — принц хмыкнул. — Мы вдвоем съели не то блюдо с утра.
— Но мы же не завтракали.
— Вот именно, поэтому говорить буду я один, а ты молчи и поддакивай! — приказал несносный индивид.
Правда, стоило нам обогнуть раздевалку и постучаться в преподавательскую, нам никто не ответил. А когда один наглый студент набрался смелости бесцеремонно открыть дверь, внутри нас встретила полная тишина.
— Точно же, физрук вроде до сих пор сторожит мою спальню.
— И правда…
— Отлично! Идем! — Рио снова схватил меня за руку.
— А‑а‑а… как же… никаких уединений? — спросила я смущенно, не понимая, куда он меня тащит.
— Ха! Пошлячка, — хохотнул Тэрион. — Я веду тебя в столовую.
В очередной раз «акать» не стала, прикусила щеку изнутри и промолчала. Я сильно проголодалась из‑за пропущенного завтрака, а время уже приближалось к обеду.
Но наше беззаботное счастье, обусловленное веселым настроением принца, длилось недолго. Вечером пришли вести, что Рениана Чиларда и Эйза Шелидана казнили.
Тэрион, как услышал, вымучено выдохнул и поспешил уйти на излюбленный чердак, заперся там и никому не открывал до самого утра.
Комната Лумиэль тоже пустовала. Мортимер, все еще не знающий, что я девушка, как и эльфийка, просветил меня об отчислении Лодли по указу отца.
«Ходят слухи, — говорил он, — что Луми запрещено покидать Драконью Гряду».
Но я не спешила в это верить. Ушла в расстроенных чувствах в пустующую гардеробную принца и тоже заперлась.
Настроение было жутким. А желание учиться пропало напрочь. Поэтому легла спать даже не раздеваясь. Долгое забытье слегка сгладило ситуацию, но только слегка.
На следующий день Тэрион не пошел на занятия. И на следующий тоже. А на третий день траура по друзьям из ЧСВ к нам в общагу рано утром заявилась сестра Рио.
Она кричала, скандалила, но каким-то чудом заставила своего брата встать с кровати.
— Я никуда не пойду без Ёссы, а то вдруг и ее казнят? — бесцветным голосом предположил братец.
— Идем, это тебе нужно. Я и так рискую своей помолвкой, ну же! Верь мне! — упорствовала сестрица.
— Ладно, — нехотя согласился принц, пребывая босиком и в одной пижаме. Протянув руку, он коснулся серебристого овала портала, который наверняка открыл придворный маг прямо в спальню принца.
— Твоя очередь, — принцесса, будучи свежа и весела, в кремовом платье, мягко говоря, раздражала. Я сама ходила как заведенная кукла, но без механизма внутри. А она ни морщинки на лице, ни печали.