— Как? Еще нет? А так? — он повернул голову боком, подставляя моему взору свой «четкий» профиль. Оказывается, нос у него не совсем прямой и не такой красивый.
— Ну что? Уже?
— Не‑а! — Я со смехом поднялась с лавочки и зашагала вперед. Правда, уже через несколько секунд остановилась и с досадой обернулась ко входу в общагу.
— Что, проснулась жажда знаний? Рвешься в бой, чтобы поскорее закончить ДУМО? — Рио правильно понял ход моих мыслей, но приписал все заслуги себе.
Не успела возразить, как он развернул меня в сторону учебного корпуса и потащил за собой со словами:
— Вуди и Фиван наверняка взяли учебники и письменные принадлежности.
Как выяснилось позднее, ничего они не взяли, потому что все утро до звонка искали Рио. А потом прибыла стража, и Вуди, Фиван и Морти узнали, что принц замешан в скандале. Более того, в общагу перестали пускать, оцепив здание по периметру в несколько шеренг. Поэтому на учебу им пришлось идти без вещей, чтобы потом не отрабатывать неявку.
К слову, неявку не отрабатывали, неуды — да.
В связи с явлением короля в университет и отсутствием директора в своем кабинете, управление ситуацией взял на себя Волад Ридкарт. Всей нашей компании из ЧСВ, пришедшей к нему на урок, были выставлены неуды под разными благовидными предлогами. Принц не сдавался дольше всех, впервые показав студентам и преподавателю столь фундаментальные знания магической гносеологии. Но Волад, естественно, был предвзят, поэтому он все равно поставил неуд, не озвучив оценку вслух.
И узнал принц об этом, когда в конце занятия пошел это уточнять.
Ведь сейчас у него появилась цель: закончить семестр на «отлично». А судя по его нынешним оценкам, придется дважды прыгнуть через голову. Но кто я такая, чтобы не верить в устремления принца?
Честно признаюсь, он меня приятно поразил. Когда Тэрион так рьяно отстаивал позицию и оперировал знаниями будущих курсов в споре, не смогла подавить в себе рвущееся наружу чувство симпатии, конечно же, основанное на уважении к его знаниям!
Мое странное поведение, увы, не осталось незамеченным. Узнала об этом, когда он зажал меня в углу за шкафчиками в физкультурной раздевалке.
— Как подумаю о том, сколько раз ты видел нас полуголыми, — прошептал он на ушко. А я прочно прилипла взглядом к его ботинкам и не смела возразить, — зло берет! Но так больше не пойдет. С физрой явно нужно что‑то делать. И почему это ты весь день краснеешь? — Он довольно хмыкнул. — Думаешь о будущем, я прав?
— Не‑а, — вяло возразила я.
Интересно, а что он собирался делать с физрой? Остальное — мальчуковые глупости, которыми до отказа забита его голова. Или он опять надел маску?