Ничего не понимая, поднялся по крыльцу. В доме стояла тишина. Но тут я услышал чей-то незнакомый голос.
– Раз, два, три, четыре, пять. Я иду искать. Кто не спрятался, я не виновата, – говорил женский голос.
Я поспешил в гостиную, откуда доносился шум. Моему взору предстала умилительная картина. Какая-то женщина с закрытыми глазами играла в прятки, только детей я рядом не наблюдал. Привалился плечом к стене и стал с любопытством наблюдать за ней. Не смог подавить смешок, когда она в очередной раз врезалась в стол и тихонько охнула, потирая ушибленное место. Затем она хитро улыбнулась и поползла в мою сторону.
– Попались! – победно возопила она и схватила меня за ногу.
– Дом, милый дом. Давно моему приходу так не радовались, – сказал я, и женщина резко встала с колен, сорвав повязку с лица.
На автомате прошелся по ней взглядом, отмечая все. Милое личико, заурядная фигура, я бы даже сказал, полноватая, ей явно не мешает похудеть. Ничего особенного, слишком обычная, слишком бесцветная, слишком серая. Мышь. Ничего интересного. Вот только на секунду задержал взгляд на ее внушительной груди. Меня всегда возбуждали большие размеры этой части тела у женщин.
– А Вы, собственно, кто? – спросил я, приподняв бровь когда эти гляделки мне надоели.
– Катя, – ответила она, немного смутившись.
– Хорошо, Катя. Дети мои где?
– Ой, секунду, – спохватилась она и выбежала в коридор, – Егорка, Даня, папа пришел! – крикнула женщина.
Послышался топот детских ножек.
– Папа! – закричали в унисон мелкие, я улыбнулся и подхватил их на руки, прижав к себе, тут же забыв про новую прислугу.
– Привет, мужики, – поцеловал каждого по очереди в щеки, вдохнув аромат, свойственный лишь детям.
– Я скуфаль по тебе, – с детским акцентом сказал Даня и крепко обнял меня за шею.
– И я, и я, – вторил за младшим братом Егор.
Мое сердце болезненно сжалось.
– Я тоже скучал по вам, родные, – поцеловал их в макушки, – очень.
Опустил их на пол, мальчики тут же подбежали к девочке, стоящей в сторонке, которую я до этого и не замечал.
– Папа, папа. Эфо Клифтина. Она холосая и иглает ф нами. Она дофка Кати, а Катя самая холосая! – прокричал Даня, подводя девочку ближе ко мне.
На вид ей было лет девять, не знаю точно, я не разбираюсь в этом.
– Привет, Кристина. Я слышал, что ты хорошая. Меня Олег зовут, а это тебе.
Присев на корточки, вытащил из пакета, который поставил около двери, плитку шоколада и вручил девочке.
Кристина, прежде чем принять презент, посмотрела на свою мать, будто спрашивая разрешения, и только после кивка той, взяла.