Мне хотелось тоже проявить заботу о таком большом человеке. Теперь я знаю, почему у него такая большая комплекция: чтобы вместить большую душу. Он умел поддержать действием и жестом намного больше, чем словами. Хотя и говорил тоже правильно. Только я давно разучилась верить тому, что вылетает изо рта. Для меня имели вес только поступки.
И сейчас он стоял внизу, потому что беспокоился. Меня тянуло вниз неведомой силой. До слез.
Хотелось послать к черту завтрак, спуститься к Скале, сесть в машину и выговориться. Спросить совета.
Почему-то верилось, что он не откажет.
Но я не имею права так сделать. Я замужняя, с двумя детьми. Только не тогда, когда Сережа увез мальчишек исполнять мечту.
«Плохо без тебя», — пришло мне в ответ.
И я села на стул.
Это было недвусмысленно. Скала показывал заинтересованность.
Его дом, его сад, он сам — мне нравилось все. Но жизнь этого мужчины, словно дорогая вещь в брендовом бутике, была мне сейчас не по карману. Я не должна даже ходить вокруг витрины, не говоря о том, чтобы примерить на себя.
Если Скала внизу, значит, он видел, как Сережа с мальчишками отправились на рыбалку. И он однозначно выразил свой интерес сообщением. Он ждет от меня решительных действий или слов, которые я дать не могу.
Не сейчас.
Я отложила телефон экраном вниз, ничего не ответив. А потом поняла, что так нельзя. Я не люблю эти игры с чувствами, мой мир вполне конкретный и понятный.
Я схватила мобильный и импульсивно отправила сообщение: «Уезжай».
Скала
Я вцепился в руль и просто оторвал его, получив гайкой в лоб. Вышел из машины, не закрывая двери, сжимая одной рукой баранку, а второй — злое бессилие.
Я никого не видел. Двигался по наитию, зная, что если остановлюсь — обернусь. Город в ответ гудел возмущением, которое я замечал лишь краем сознания. Я что-то пнул, в кого-то врезался, а потом улетел кубарем в подземный переход, не выронив ни руль, ни бессилие.
Дальше помню вспышками. Ослепительный свет фар. Кто-то матерился прямо в ухо так, словно пытался докричаться до противоположного конца Земли. Кто-то пытался вырвать руль из рук.
В нос ударил запах дыма. Перед глазами замелькали языки пламени, и я медленно стал видеть что-то, кроме огня.
— Скала! — звали меня совсем рядом, но я не хотел думать, кто это.
Я снова видел только языки пламени. Зверь отступил в опаске, а человеческая часть меня нашла в танце огня спасение. Он горел вместо меня, за меня, вместе со мной. И пока не истлел последний уголек, я не отрывал глаз.
А после смог поднять взгляд. Знакомый костер лобного места в клане Бродячих. Рядом все мужики. Сидят, молчат, смотрят на меня с сочувствием, несмотря на заживающие синяки на лице. Они уже фиолетово-желтые, без отека, а это значит, что получили их часа два назад. Получили все.