Медоедка предвкушающе посмотрела на мужа.
— Милая, береги себя.
Медоедка фыркнула. Это всех нужно было беречь от медоедки.
— Глава, фура остановилась, открылись двери. Вижу внутри тигров и львов и одного медведя. Дать им выпустить зверей или нет?
Медоедка потерла лапы, услышав о компании.
— Закрыть двери фуры, не дать выйти, — приказал Макс, и медоедка подпрыгнула на месте, а потом сложила лапы в умоляющий жест.
Глава лис тяжело вздохнул, посмотрел на жену и скорректировал приказ:
— Поправка: дать животным выйти.
Медоедка довольно вильнула хвостом и побежала навстречу зверям, которые с рвением выскочили на свободу.
Макс с ребятами быстро скрутил водителя и пассажира фуры, а медоедка в одиночку вышла к дрессированным животным. Те ни разу в жизни не видели самого безбашенного и непобедимого зверя на планете, но инстинкты им подсказали замереть на месте, а некоторым — даже отступить. Медведь так вообще старался забраться обратно в грузовик.
— Когда все легко получается, обычно не к добру, — заметил Макс.
Он тут же встал неподалеку от жены, чтобы убедиться, что она в порядке. Хотя за столько лет он еще ни разу не видел, чтобы после драки был кто-то в порядке, кроме нее. Оторва, чума в юбке, самый бесстрашный зверь — вот кто она. О ней ходили легенды в мире сверхов, и она очень засиделась дома, так что сейчас посылала в сторону мужа взгляды «Не подходи, все мне. Все мои!».
И Макс позволил это жене. Зверю тоже нужен был выгул согласно своей природе. И раз эти звери собрались пойти на них, то почему бы медоедке не сделать ответный шаг?
Звери отмахивались от медоедки лапами, а она загоняла их обратно в фургон лучше любого дрессировщика. И все было ничего, пока неожиданно из стволов некоторых деревьев не раздался звук разбрызгивателей, после чего воздух наполнился тошнотворным запахом парафина.
Залповые струи огня из земли подожгли деревья, а испуганные хищники будто разом сошли с ума. Они, словно свора собак, накинулись на медоедку.
Макс не раздумывал, справится ли его почти бессмертная жена. Он всегда предпочитал перестраховаться, поэтому одним из первых бросился на помощь.
Медоедку старательно рвали на части, но она не рвалась. Толстая шестисантиметровая шкура щекотала нёбо хищникам, а когда медовая барсучиха проворачивалась внутри своей шкуры, становилось невозможно удержать захват зубами. Тем более когда лис стал прицельно выковыривать тиграм глаза.
Но все потеряли из вида медведя, а вот он не потерял никого. На животе разъехалась молния, шкура осела у ног, а изнутри показался сверх. Он рассчитал все идеально. Когда Макс был недалеко, он обхватил его торс, размахнулся и явно нацелился на мужское достоинство.