— Когда ты стала такой жестокой эгоисткой? Не жалко никого: ни Лины тогда, ни сейчас…
Бура треснул Саше быстрее папы, хотя кулак отца уже летел следом.
— Эх, молодость быстрее, — крякнул папа, довольно глядя на драку.
— Никс, — Тень закатил глаза, — не время, видишь же, что происходит.
Я быстро посмотрела по сторонам. Все суетились, но я не могла понять, почему они забегали, — головой целиком была в словесной перепалке.
Буру и Сашу еле оторвали друг от друга лисы из папиного отряда. Запахло жареным. Тень шипел:
— Нашли время, твою мать…
Леон метался у ног, мотал хвостом. Чернобурый встал передо мной, закрыв меня от гибрида.
А я улыбнулась:
— Спасибо, Саш.
Гибрид поднялся, вытер кровь с разбитой губы, рана на которой тут же затянулась. Потерял своего зверя, говорит? А регенерация-то работает как надо. Вот только я теперь уверена, что мы никогда не станем парой, пусть даже он вернет себе зверя. Моя лисичка под кожей, здесь, и она абсолютно со мной солидарна.
— За что спасибо? — Саша сплюнул кровь на землю.
— За эту последнюю точку. За твой эгоизм. Я раньше все не понимала, что в нас не так. Почему наша бывшая истинность казалась не такой, как у других. А теперь поняла: ты по-человечески эгоистичен. Не принимаешь пару такой, какая она есть, хочешь переделать под себя. Для тебя ты — на первом месте. Всегда. Может, и хорошо, что ты потерял зверя. Тебе самое место среди людей.
— Дело мужчины — убивать. А женщина должна…
— Женщина тебе ничего не должна. Тебе не пришло на ум спросить: «Ты в порядке? Не ранена?» Нет. Ты беспокоишься за мои моральные устои, которые тебя теперь не касаются.
— Ребята, я все понимаю, но это самое плохое место для выяснения отношений. Лес горит кольцом, а эти две пигалицы спрятались в схроне под электрическим полем под ЛЭП, — громко сказал Тень, и я словно очнулась.
Точно, все же суетились. Пахло жареным.
Меня охватило странное ощущение: я понимала, что устроила разборки в самое неподходящее время, но меня так внутренне отпустило, что я была окрылена. Мне казалось, что любой враг мне по плечу после того, как я начистоту поговорила с Сашей.
Чуть ранее
Аленушка уже давно размяла каждую мышцу и так стремилась в самую гущу событий, что устала от одного ожидания. Они с Максом и другими наемниками охраняли внешнее кольцо и следили за тылом. Разочарованию медоедки не было предела. Ску-ко-та!
И только когда Птаха, следящий по дронам за обстановкой у ЛЭП, стал передавать последние новости о побеге Леси, стало интереснее.
— К нам едут, — доложили Максу по рации. — Большой грузовик без опознавательных знаков двигается по проселочной дороге.