Бура
Моя родная мать была хуже озлобленного соседа, поймавшего белочку. Что такое семья и какая она может быть, я узнал только в Заполярье. Лесина мама подкармливала, поила чаем, болтала со мной обо всем и искренне переживала, когда я в очередной раз оказывался на медицинской койке.
Кира была единственной, кто за много-много лет спросил, как у меня дела, и ей был интересен ответ. Помню, как этот простой вопрос поставил меня в ступор. Я брякнул что-то вроде «нормально», и все.
Потом она стала спрашивать все чаще и чаще, рассказывала о своих победах и поражениях в этом возрасте, и я сам не заметил, как стал делиться своими достижениями и проигрышами в Заполярье.
Конечно, она быстро расколола мою симпатию к ее дочери, но никогда не обсуждала это со мной. Но с того момента она все чаще стала просить Лесю помочь то с перевязкой, то с обработкой ран. Один раз полярная лисица даже меня шила!
Именно Кира словно невзначай вбила мне, пятнадцатилетнему дураку, что подколками девушку можно только взбесить, но никак не влюбить. И от нее же я услышал первое спасибо, когда она увидела, что после погружения Леси в ледяную воду я не даю никому открыть пасть в ее сторону. Она замечала то, о чем не догадывалась ее дочь.
Кира как бы между делом часто роняла фразы о том, что нравится и не нравится Олесе. А я использовал информацию, как мог использовать парень в пятнадцать лет: крайне коряво, иногда не к месту.
Сейчас похищение Киры ударило по мне не меньше, чем когда покусились на Лесю. Семью полярной лисицы я считал родным кругом. Не своей семьей, нет, я бы не посмел. Но теми, кто близок мне. За кого порву.
Пусть они и не подозревали об этом, но эти трое были мне самыми родными людьми. Не уверен, знала ли Кадрия об этом или схватила случайного заложника. Возможно, ее надоумила жена Птахи.
Но я не позволю отобрать у Леси мать, у Никса жену, а у меня тещу.
Вместе с Олесей, ее отцом и отрядом лис мы прочесывали весь лес, чтобы найти направление. Медведи по нашей просьбе смотрели дорожные камеры со всех сторон зеленой зоны, но новостей не было. Никаких зацепок, они словно испарились.
Дым уничтожил все маломальские следы запахов, которые могла оставить Кира. Никс все время повторял:
— Неженка точно оставила бы зацепки.
Но мы не могли их найти.
— Никс, — обратился я к песцу, чей взгляд, казалось, сканировал местность. — Мне кажется, нужно искать не поломанные ветки и следы их пути из леса, а логово тут. Хорошо замаскированную нору, в которой они могли бы переждать наши поиски.