Сареф вздохнул про себя. С Ханами, к сожалению, сказки о првозмогании явно не прокатят. Придётся сочинить более убедительную ложь.
— При помощи этого, — Сареф извлёк из Инвентаря Звезду Бакуса и показал её Ханам, — естественно, всё было так, как вы и говорите, уважаемые. Этот айоновец имел при себе много… могущественных расходников, — он решил особо не распространяться про камни душ, — так что и нам пришлось воспользоваться таким.
Реакция на это была самая неожиданная. Хан Глубинных Охотников встал со своего места и подошёл к Сарефу, казалось, с трудом сдерживая себя, чтобы не выхватить амулет у него из рук.
— Откуда у тебя эта вещь, мальчишка? — прохрипел он.
— Я много где путешествовал, — коротко ответил Сареф, позволяя Звезде пропасть.
— Это — амулет одного из старых хранителей. Существо, которое можно вызвать этим амулетом, раньше было хранителем нашего Ханства, — продолжал Хан Глубинных Охотников, — мне бы… очень хотелось получить эту вещь. Я готов дать за неё любую цену.
— Боюсь, она для вас будет бесполезна. Она завязана исключительно на призыв кровью, и, поскольку я её уже использовал, то только на мою. Не говоря уже о том, что это амулет с расходуемыми зарядами.
— Но… может быть… ты мог бы дать нам немного своей крови?
— Простите, — Сареф обидно рассмеялся, — при всём уважении — вы это серьёзно? Вы серьёзно предлагаете мне отдать вам свою кровь? Зная, какие вещи может с ней сотворить волшебник с соответствующей специализацией? Нет, разумеется, нет. А уж если потом эта кровь попадёт в руки клана Айон…
— Мальчик, — возмутился Хан воды, — ты, действительно, думаешь, что мы станем разбрасывать эту вещь, где попало? И, уж тем более, станем её кому-то отдавать.
— Мародёров клан Айон нашёл, чем купить, — пожал плечами Сареф, — уверен, найдёт, чем купить и вас.
В шатре Ханов моментально стало холоднее градусов на десять. Хан Глубинных Охотников начал раздуваться от злости, да и остальные стали смотреть на Сарефа с куда большим опасением.
— А с чего бы клану Айон желать получить твою кровь? — вкрадчиво поинтересовался Хан Чёрной Крови, — уж не хочешь ли ты сказать, что вся эта заварушка с заложниками-дипломатами случилась из-за тебя?
— Я этого не знаю, — пожал плечами Сареф, — я не скрываю свою неприязнь к клану Айон…по многим причинам. И если Айон планировал через эту операцию как-то нарастить здесь политическое влияние — я рад тому, что мне удалось этому помешать. Но были ли они здесь исключительно из-за меня? Вряд ли? Много чести: целому клану бегать за одним человеком.