Что-то его не покидало ощущение, что ему пытаются втюхать кота в мешке, предложив принять хрен за контрабас.
— Выживать, — серьезно кивнул своим собственным мыслям старик.
Влад мысленно застонал. Выживание… Его учили. Достойные учителя. И вполне неплохо. Вот только способ был всегда один и тот же: создать самые максимально дерьмовые условия и посыпать все это неприятностями. И вот уже из этого исходного состояния неофиту и предстоит выбираться по принципу «все то нас не убивает». Выжил в таких условиях — молодец. Нигде не пропадешь.
Однако приятного тут, конечно, чуть менее чем нифига.
С другой стороны, парень прекрасно понимал, что ему делают щедрое предложение. Сейчас он даже несколько дней в лесу выжить не сможет. Равно как и добыть себе пропитание. Просто с местными правилами игры «съедобное-несъедобное» он знаком не был. А проверять на практике не хотелось.
Последней каплей стало «мнение» Медведя. По грудной клетке расплылось приятное благодарное тепло. Первопредок явно намекал, что вовсе не против, если его протеже станет еще чуть более самостоятельным в вопросах выживания.
— Согласен, Хан, — протянул руку Влад. — Это хорошее предложение.
Ай!
От воспоминаний Буровина отвлекла обычная колдобина на дороге. И не то чтобы телегу, в которой он вот уже сутки добирался до точки перехода, сильно тряхнуло. Однако и небольшого толчка хватило, чтобы горячий чай из пиалки, удерживаемой хватом «три дракона охраняют дин», выплеснулся на пальцы.
— Будь внимательнее, — сколь наставительно, столь и равнодушно напомнил Хан.
— Не учитель ты мне, — буркнул барон чуть разочаровано.
Действительно, не учитель. Даже несмотря на достигнутое соглашение. Оказалось, что за спеца по выживанию у них старый придурок Бук числится. Да еще и, по уверением Романа, Ормана и Ларго, второго такого учителя просто не найти. Лишь в лице Алины нашел Владимир чуточку понимания. Та тоже считала Бука «выжившим из ума придурком и извращенцем»! Особенно после того, как старик потрепал ее за щеку, ничуть не стесняясь сиятельного отца и брата, стоявших рядом, с довольным: «Ух, какой щекастик!».
Где он там нашел щеки и за что смог вообще ухватиться, парень так и не понял. Но зато был рад, что у него появился временный единомышленник. Под такое дело можно было даже не обращать внимания, что что «ученичеству» Буровина она обрадовалась от всей души. Мол, плата это такая. За ее моральные страдания.
Новоиспеченный учитель обнаружился около заднего борта телеги. Напился он еще с вечера, заглянув к интенданту «за друга поговорить». Куда дел ящик вина — он никому не сказал, но точно был уверен, что пить сел не один.