И тут Тайка догадалась, кто перед ней. Ну, почти.
— А у тебя, случайно, нет ещё одиннадцати братьев?
Мальчишка аж зааплодировал.
— Ишь ты, верный глаз! Ведьма, что ль?
— Ага, ведьма. А ты — братец Март?
— Не угадала — Январь я.
— Э-э-э, что-то не похож. И разве твоё время не миновало? — насторожилась Тайка.
— Ну а каким ты меня представляла? — мальчишка, лихо подбоченившись, подмигнул.
— Ты только не смейся. Думала, ты такой почтенный старец с бородой до пупа. На Деда Мороза похожий, только суровый. Да и гололёдышки тебя своим дедушкой величали.
Январь всё-таки рассмеялся: заливисто, не обидно.
— Многие таким меня и увидят, коли захочу показаться. Но только не ты.
— Это потому, что я — ведьма? — Тайка задрала нос. Ну а что? Приятно же, когда можешь видеть то, что другим не дано.
— Нет, дурёха! Это потому, что ты родилась в январе. Небось, говорили тебе в детстве, что ты слишком серьёзная и рассудительная? «Маленькая взрослая» — что-нибудь в этом роде.
— Говорили, — кивнула Тайка. — Раньше было приятно. А теперь… даже не знаю. Наверное, я и правда стала взрослой. Пушок сегодня сказал, что я ворчу, как Никифор.
— Вот и мне говорили. А как не быть серьёзным, когда с тебя год начинается? Большая ответственность, между прочим. Но порой я позволяю себе дурачиться. Это вообще всем полезно. Я бы на месте ваших человечьих докторов каждому такой рецепт выписывал: хорошенько дурачиться минимум раз в неделю. В качестве скукопрофилактики.
— Это ты здорово придумал, — улыбнулась Тайка. — Скукопрофилактика! Я запомню. Обещаю, что буду дурачиться иногда.
— Вот и умница, — вдруг Январь натянул ей на нос шапку. — Оп! Проверка на унылость!
И Тайка рассмеялась от души. Ей всё больше нравился этот проказник Январь. С ним было весело и легко. Но кое-что всё же не давало ей покоя.
— Ты так и не ответил, что здесь делаешь? И где братец Март?
— Я бы и сам хотел знать, где он шляется, — насупился Январь. — От работы отлынивает, понимаешь? А я — подменяю… ну и заодно ищу этого бездельника.
— А почему именно ты?
— Ну а кто самый ответственный? — Январь развёл руками. — Так что прости, красна девица, но, пока братец не соизволит делом заняться, будет у вас морозно да снежно. Я по-другому не умею.
— Погоди-ка… а когда в январе оттепель случается, это что?
— А это братец прогулы отрабатывает. Но я такое редко дозволяю. Я ж этот… как у вас там говорят? Трудоголик, во! Работаю и за Марта, и за Апреля иногда… А вместо благодарности одни укоры от людей слышу.
Тайке стало его жаль. Она пообещала себе больше не сетовать на холодные весенние дни. По крайней мере, вслух.