– Ну, хорошо, – обречённо вздохнув, сдалась я. – Я тебя подменю. Но только один раз!
– Ура! – радостно взвизгнула она, стремительно вскочила на ноги и тут же повисла у меня на шее. – Ты сама лучшая!
– Сама знаю, – фыркнула я. – Но ты будешь мне должна!
– Я всегда к твоим услугам, – заверила меня та. – Правда, за душой у меня ни гроша, так что всё, что я могу тебе предложить, это мои актёрские навыки. Только я не представляю ситуацию, в которой они бы тебе пригодились.
– Не переживай, – добавив в голос зловещих ноток, откликнулась я. – Я придумаю, как тебя использовать.
Мария в ответ звонко рассмеялась и чмокнула меня в щёку, после чего упорхнула в сторону спальни, чтобы «написать Себастьяну письмо, что совместным новогодним каникулам всё-таки быть».
Мне же теперь предстояло как-то скрыть от брата своё участие в этой глупой авантюре.
После смерти отца Виктор принял титул и стал более серьёзно относиться к вопросам фамильной чести, хотя раньше и сам часто ввязывался в различные сомнительные развлечения.
«Будем надеяться, он не собирается на бал к мэру, – подумала я. – А если и собирается, то не узнает меня в маске и парике».
К моему счастью, Виктор на бал к мэру не поехал, отослав с посыльным небольшую записку с извинениями, в которой заявил, что приболел, хотя на самом деле просто не пожелал тратить время на неприятных ему людей.
Мне это его решение было только на руку. Теперь шанс быть раскрытой равнялся нулю.
Последние десять лет я провела в институте благородных девиц Венлинг на острове Лан, так что людей в королевстве, знающих, как я выгляжу сейчас, можно было пересчитать по пальцам одной руки.
К предстоящему балу я подготовилась основательно: запаслась защитным артефактом на случай, если кто-нибудь из гостей будет вести себя неподобающим образом и распустит руки, приняла универсальный антидот, который не позволит меня опоить каким-нибудь дурманящим или приворотным зельем.
Удача между тем продолжала мне улыбаться: накануне бала господин Вито подхватил простуду и не смог сопровождать свою «певчую птичку». Так что в дом мэра мы с музыкантами приехали одни. А те с Марией лично знакомы не были, так что подмену не заподозрили.
В просторном бальном зале, освещённом многоярусными хрустальными люстрами, для музыкантов был подготовлен небольшой закуток, в котором рядком стояли неудобные деревянные стулья, а чуть впереди располагался квадратный постамент, очевидно, для меня.
«Буду стоять, точно статуя в музее, – недовольно подумала я. – А главное одно неосторожное движение, и да здравствует пол и куча ушибов».