Наплевав на меч, я подбежал к жрице, оттолкнул её в сторону и встал на пути заклинания.
Серая лента без труда прошла сквозь подставленный щит, и грудь тут же обожгло диким холодом. Одновременно с этим боль рванула плечо, уши заложило, но длилось это всего пару мгновений. В какой-то момент заклинание лопнуло как мыльный пузырь, брызнув во все стороны каплями серой слизи. В лицо дохнуло жженой полынью, стало легче дышать, боль отступила…
Выругавшись, я быстро пошел к колдуну, стараясь двигаться так, чтобы на ходу прикрывать Велеславу. Других вариантов не оставалось. Рубка у амбара еще продолжалась, Мал ранен и вряд ли сможет помочь, Велеслава потеряла сознание.
Стоять на месте, прикрывая волхву, было не лучшей идеей. Даже если заклинания этого урода мне не страшны, он может ударить по дерущимся парням, и тогда все полетит по известному органу.
Нас с колдуном разделяло метров пятнадцать. Видя, что я невредим и иду к нему в гости, бородатый опалил меня ненавидящим взглядом, взмахнул своей палкой и убежал за навес. Брошенный им сгусток серого дыма растянулся в мелкую сетку и обрызгал меня очередной порцией слизи. В этот раз метка бога на плече только кольнула.
Не собираясь его отпускать, я пошел быстрее, обогнул навес, огляделся и хмыкнул.
Колдун запрыгнул на стоящий у пристани плот и уже отталкивался от берега шестом. Все концы уже были оборваны, и нужно было что-то решать.Причем решать быстро…
Плот был очень большой — примерно пять на семь метров. Сложен из грубых бревен, с небольшими бортами и опорой для рулевого весла. Загрузить его успели только частично. Пара десятков ящиков были сложены справа, у рулевого весла, и рядом с ними стояли две пузатые бочки.
Он еще только отчаливал, и быстро такой оттолкнуть не получится, поэтому я даже не сомневался.
До края берега было примерно метров двенадцать. Половину этого расстояния я прошел простым шагом. Потом разбежался и прыгнул на левую сторону плота, где не было бортового бревна.
Да, наверное, можно было остаться на берегу, но боюсь, меня тогда не поймут. Вернее, я сам себя не пойму. Этот бородатый ублюдок едва не убил Велеславу, а сейчас хочет ограбить отца. В этих бочках и ящиках, скорее всего, находится самое ценное из награбленного. Ну не просто же так их погрузили на плот в первую очередь? Понятно, что князь от этого не обеднеет, но его материальное состояние тут совсем ни при чем.
Дело во мне самом. Ведь стоит один раз смалодушничать, и это может превратиться в привычку. Стану терпилой, а этого я не хочу. Там, на Земле, всегда поступал так, как считал правильным, и здесь не собираюсь меняться. Нет, никто не собирается бежать навстречу идущему поезду с криками: «задавлю». Любое действие должно быть обдумано, как в этом конкретном случае. Метка Перуна защищает меня от чар колдуна, а прыгнуть на полтора метра в броне — не такая большая проблема. Я даже щит не стал на берегу оставлять.