Считать мне было некогда, взяла ключи и пошла обследовать владения.
В холодной комнате, действительно было холодно, на столе, что находился напротив двери, стоял поднос с завёрнутый в белую ткань сыр. Рядом со столом стоял большой, массивный шкаф темного дерева, запертый на массивный замок.
-Вот шкаф, здесь ваш покойный муж все и хранил.
Не с первой попытки мне удалось найти ключ, но замок открылся легко, содержимое деревянного сейфа меня немало удивило, первое что бросилось мне в глаза, солидная батарея довольно внушительных бутылей с мутной жидкостью.
Ещё дюжина бутылок вина, горшок, наполовину заполненный засахаренным медом и усечённый конус, цвета топленого молока приличных размеров, а рядом щипцы для сахара из моего детства и кусочки сахара. Взяла маленький кусочек, понюхал, пахло сахаром, положила в рот, сладко. Все в моей бывшей жизни говорили, что сладкое вредно, но когда его нет совсем, то тоже ничего хорошего. Помню, как мне совсем малышке бабушка за вечерним чаем давала маленький кусочек сахара или кусок хлеба, намазанный медом, сГлаваю моему не было предела.
С кухни принесла чашку, сложила наколотые сахар, и унесла на кухню.
Клавдия, половину, те комочки, что помельче, нужно растереть в песок, кашу подсластим.
-Будет исполнено, отвечает кухарка.
Вернулась в спальню, действительно нужно привести себя в порядок, а то, наверное, на голове воронье гнездо, и в зеркало бы неплохо посмотреть, как выгляжу.
В спальне первым делом подошла к зеркалу, что стояло на туалетном столике. Из него на меня смотрела миловидная молодая женщина. Длинные, цвета спелой пшеницы, волосы. Глаза большие, голубые, нос конечно великоват, но не критично, губки пухлые, розовые, а вот личико могло быть и порозовей.
На столике лежал небольшой деревянный гребень. С грехом пополам расплата свалявшуюся за время болезни косу, доходящую до мягкого места, и попыталась расчесать, но кончики не только очнулись, но и спутались так, что не один гребень их не расчет, а только выдирает хорошие такие прядки волос. От чего они выглядели ещё хуже.
Достала из сундука ножницы, и не долго думая обрезала волосы до уровня груди. Так то получше будет, ещё не известно, как здесь за ними ухаживать, и прическу при такой длинные удобнее делать, обрезанные волосы бросила в печку.
Стою расчесываюсь перед зеркалом, в спальню заходят няня с дочкой, у Марии глаза огромные сделались, как мою новую прическу увидела:
-Ангелинушка, да что же ты наделала, разве можно замужней женщине волос резать.
-Нянюшка, — улыбаюсь ей, — Кто узнает, если ты никому не скажешь?