Глава 12
Крупная рубинового цвета сфера, неярко светящаяся изнутри, покоилась в моих руках, буквально источая магию и просто умопомрачительные запахи, заставляющие думать не то о ни капельки не конфликтующего с собственной дуалистической природой гибриде шашлыка и мороженного, не то о свежих спелых арбузах, только сорванных с грядки и фаршированных копченой колбасой…Нет, серьезно, даже настоящая пахла чуть слабее, а теперь при взгляде на неё создавалось впечатление, будто бы уничтоженный древень свои корешки уже в ряды небожителей потихоньку протягивать собирался! При изготовлении этой обманки мы с Клаусом почти превзошли сами себя, и пусть на должном уровне она бы функционировала лишь в руках того, кто сожрал настоящее сердце, таким образом забрав его магию, ныне проецируемую в миру через настроенный специально на неё артефакт, по большей части сделанный из частей тела того же древня, только лишь чуть менее качественных, словно через своеобразную линзу. Эффект получался просто убийственный, из-за чего я теперь рисковал захлебнуться собственной слюной, даже прекрасно зная о том, что на самом деле под поверхностью нет пригодной для усваивания моим организмом концентрированной магии. Ну, чисто формально концентрированная магия-то там есть, но переварить её не получится. Взрывоопасные магические аномалии, которые одним своим существованием нарушают структуру реальности, а в относительно компактной и стабильной форме удерживаются лишь благодаря хрономантии, искусственно оттягивающей тот миг когда все это добро пойдет вразнос, они вообще плохо перевариваются. Причем не только людьми, но и мифическими монстрами. Даже какому-нибудь божку вероятно с подобного лакомства бы поплохело вплоть до необходимости не бежать сломя башку к доктору для небожителей, так срочно благословить своим внутренним миром ближайшие кусты.
Я не мог прочесть мысли, вспыхнувшие сейчас в сознании морского змея по имени Горшомарукарт Мудрый, но мне этого и не требовалось, поскольку логика и инстинкты подобных тварей работали, в принципе, по одним и тем же схемам, в которых логика, эгоизм, привычка охотиться на доступную добычу и магические способности отлично дополняли друг друга. Эта вымахавшая сверх всякой меры рептилия, какой-нибудь более-менее равный ему краб или же мой старый знакомый Метай Мореход руководствовались практически идентичными поведенческими паттернами! Человек, у которого есть несколько легендарных артефактов, прибыл сидя на спине у дракона? Значит он сильнее и опаснее дракона. Дракон, который его стряхнул, чтобы броситься наутек, не выглядит особо крупным, могущественным и опасным по сравнению с ними и даже ощущается как-то послабее, чем всадник? Следовательно, этот излишне трусливый ящер однозначно всего лишь добыча и тот, кто его подчинил и поставил под седло, тоже добыча, только чуть более лакомая, пусть и более кусучая. Был бы человек сильнее, то подчинил бы себе кого-нибудь сильнее. Или его бы так просто не стряхнули с себя. С могучим и опасным владыкой вод говорят и торгуются, значит чего-то хотят, значит точно равны или слабее, поскольку сильные не договариваются и не торгуются, они берут или приказывают, да и вообще им помощь в уничтожении врагов вряд ли бы оказалась нужна. У человека в руках великое сокровище, которое им точно нужно, которое может сделать их сильнее, которое такой жалкий слабак или уж тем более подчиненный ему ещё более жалкий дракон точно не заслуживают⁈ Сожрать! Взять! Сию минуту! Сейчас! Немедленно! Покуда жалкий двуногий глупец его сам не съел, тем безвозвратно испортив! Вместе с ним сожрать, благо этот человечек, сильный лишь на фоне прочих человечков, абсолютно ничтожных,как раз приблизился на расстояние удара, и ничего не сможет противопоставить всеподавляющей мощи тела, разума и магии Горшомарукарта Мудрого!