— Убью! — Любовно отполированный кусок древесины почти дотянулся до затылка беглеца, который бы без всяких сомнений проломил, но в последний момент ноги обладателя шерстяной кофты на краткий миг вдруг словно застыли на месте…А все остальное — нет. В результате мужчина, конечно же, потерял равновесие и покатился кубарем по уличной грязи, собирая на себе навоз свежий и старый наравне с прочей грязью. Грязно матерясь, он сразу же постарался подняться на ноги, но едва избежавшего как минимум сотрясения мозга мальчишки конечно же через три секунды и след простыл. Под звуки ругательств дубинка отправилась обратно в рукав…А после жертва ограбления вдруг резко умолкла, поскольку обнаружила у себя на поясе кошелек. Тот самый кошелек, из-за которого и кинулась в погоню за малолетним оборванцем, срезавшим с пояса маленький кожаный мешочек каким-то маленьким острым лезвием. Только сейчас веревка была целой. И оканчивалась тем самым денежным хранилищем, которого полминуты назад на месте точно не было!
— Странная у них тут, конечно, мода, — вздохнул я, медленным прогулочным шагом удаляясь от места восстановления кармического равновесия. Малолетний карманник не попрощался со здоровьем, а может и жизнью, но у его жертвы ничего не пропало…Скорее даже добавилось. Грязи на свитере. — Чем местным дикарям не угодили карманы? Ну не могли же они даже такую примитивную технологию просрать…
Мне нечего было здесь делать. Ну, абсолютно нечего. Я шагал сквозь праздничную толчею, не испытывая ничего кроме смеси отвращения, презрения, уныния и скуки. Хотелось уйти, но в то же время в душе робко тлела надежда, что получится найти что-то…Ну, хотя бы что-то…Что-то, способное вызвать у меня улыбку. Что-то достойное. Что-то интересное. Хотя бы что-то полуприличное, не вызывающее отчаянного желания сплюнуть, сморщиться от отвращения, сбежать из этого города быстрее ветра! Или стереть всю окружающую меня мерзость, обратив в ничто. Это не совсем моя специализация, можно даже сказать, совсем не моя, но я смогу. В мире вообще очень мало того, что я не могу. В этом мире. И в других тоже. Во всей Бесконечной Вечной Империи, пожалуй…
Городская площадь уже гудела как потревоженный улей, поскольку десяток выкаченных туда бочек дешевого вина, на мой взгляд более заслуживающегося зваться винным уксусом, оказались откупорены незадолго до моего появления. И наливали эту дрянь всем желающим бесплатно, разве только заставляя кричать здравицы в честь владыки города, чем громче — тем лучше. Народ шумел, толкался, спорил до хрипа с разбившими свои шатры тут и там без всякой системы торговцами, ел купленную у вездесущих лоточников снедь и тут же мусорил объедками…