Нечто ударило меня в открытую часть лица, почти пробив лобную кость и обжигая голову ужасающей болью то ли от яда, то ли от чар, что вцепились в мою плоть с яростью драконьего пламени и стали распространяться…Но рефлекторно примененный возврат в прошлое для моего организма исправил эту проблему, а после руки поймали нечто длинное и ускользающее от восприятия, даже когда я эту штуку держал. Стрела. Невидимая. А выпустил её определенно снайпер, специализирующийся на устранении высокоуровневых лидеров и чемпионов. Снайпер, который скорее всего не раз и не два попробует вновь добиться своего, ибо поди его найди, если он замаскировал свою позицию, да еще когда вокруг грохочет битва. Иллюзорные легионеры вовсю орали боевые кличи, иллюзорные великаны размахивали зачарованным оружием, что своими размерами превосходило человеческой рост, иллюзорные боевые маги запускали иллюзорные же огненные шары, иллюзорные големы подобно громогласно топающим паровозам кидались на моих бойцов, редко когда способных полностью игнорировать несщуюся нан их во весь опор махину…Ибо далеко не всегда она была иллюзорной. Но если и была, то оказаться не растоптанным, а всего лишь опрокинутым излишне плотной иллюзией, тоже обычно было не к добру. Ведь добивающий удар почти наверняка окажется настоящим. А ещё немало проблем доставляли иллюзорные баллисты, что стреляли в Убежище своими зачарованными снарядами, что взрывались не так уж и иллюзорно. Обычно они просто выводили из строя стрелков, вызывая ослепительную вспышку подобно громадным светошумовым гранатам, но иногда и вполне себе по-настоящему детонировали с силой крупнокалиберных фугасов, из-за чего на землю падали куски летающей скалы, ограждений и стоявших ранее рядом с ними бойцов.
Внезапно в мою голову постучалось сознание фамильяра, который настаивал, что это очень-очень срочно и мне вот прямо сейчас просто обязательно увидеть то, что видит он. И я согласился с ним, на миг отрешаясь от бушующей вокруг битвы, дабы потянуться мысленно к своему питомцу, что должен был уже вот-вот достигнуть обелиска…
Поле боя, заполненное обычными громадными двуногими и такими громадными двуногими, что некоторые деревья меньше этих неприлично огромных верзил, состояло из двух отдельных элементов, отличающихся по своей природе. Ибо очень-очень высокоуровневый кот пусть и видел иллюзии, но также и видел то, что это иллюзии. Для него многочисленные фальшивые бойцы казались чем-то вроде полупрозрачных целлофановых пакетов, пусть даже умеющих двигаться. Яркая оболочка, а внутри ничего…Но гораздо важнее чем местонахождение настоящих противников было нечто другое. Там, где обычные и даже не очень обычные люди со всякими прочими низшими существами видели ноги и грудь титана, по-прежнему стоящего на одном месте и медленно накапливающего заряд для какой-то воистину сокрушительной магической атаки, располагался обелиск. А там, где якобы стоял обелиск, находилась окруженная многослойными барьерами область, плотно заполненная народом. Люди, эльфы, смутно знакомый урод из Ганноверской Лиги…И Белобородый старикашка в странной темной мантии, к которому текли кровь и сила от десятка иных чародеев. Чародеев, которые хоть и могли стать добычей, но ощущались опасными…Но все равно безропотно позволяли использовать себя в качестве живых батареек для творящихся великих чар, пусть даже лица их кривились от боли, а из глаз слезы текли. И половину собранной энергии сей старый пень пускал на поддержание и управление иллюзией, а половину вливал в какое-то подобие большой сияющей стрелы, кончик которой подрагивал, отслеживая все перемещения того не совсем уж тупого двуного, который кормит, гладит, дает силу, пытается сделать остальных двуногих не совсем уж никчеными и зовет себя Бальтазаром!