— Мы с тобой, командир. До самого конца — каким бы он ни был.
— Готовы выполнить любой мой приказ?
— Да.
— Да. — подтвердила и Йорка.
Тихо хрюкнул орк Рэк, поставивший на соседний столик поднос с остатками рыбы и занятый важным делом — сованием самых жирных кусков себе в пасть и отправлением остального в большой пластиковый контейнер с пюре, прихваченный с того же многострадального общего котла. Молодец орк. Хорошая жратва — не мелочь для солдата.
— Ну это же отлично! — расцвел я широкой улыбкой и, снова наклонившись над тарелкой, буднично велел: — Йорка, Баск — вон за тем столиком инкуб и две сукки слишком громко чавкают. Таких упырков нравоучениями не исправить. Убейте их.
— А? — это надо было видеть, насколько сильно выпучились глаза Йорки. — Что?
— Убейте их. — повторил я. — Прямо сейчас.
Молчание… переглядываются…
Пришлось напомнить:
— Я отдал приказ. Тот самый, что из разряда «любой». Чего стоите? Можете убивать шилами, ножами, голыми руками. Можете забить им долбаную рыбу в долбанные глотки — и пусть они задохнутся, а мы покушаем и посмотрим.
— Да ладно тебе приколы такие кидать. — бледно улыбнулась Йорка.
Я смотрел на Баска. Слепой зомби колебался. Он хотя бы развернулся к столу со жрущими сукками, наклонил голову, наводясь на цель, рука опустилась к ремню и легла на рукоять шила, но он продолжал стоять.
— Давай, — подтолкнул я его голосом. — Давай, зомби. Вперед. Убей сукк.
— Командир… — зомби не обернулся и сделал небольшой шаг к обозначенным мною целям. — Ты не шу…
— Я не шучу. Я отдал приказ. И вынужден его повторить — убей сукк, зомби!
— Хватит прикалываться, Оди! — уже куда громче напомнила о себе Йорка. — Мы со всей душой! Верим тебе! А ты…
— На кой хрен мне твоя душа, дура⁈ — я изумленно уставился на напарницу. — Очнись! Приди в себя! Подумай! На кой мне твоя душа⁈ Засунь ее себе в сраку гоблинскую и утрамбуй покрепче! Мне не нужна твоя душа! Мне нужны умелые и злобные исполнительные бойцы! Такие, что не будут думать — а это хорошо или плохо, приемлемо или нет? Нет! Услышав приказ убить гребанных сукк и лысого сраного инкуба за тем сучьим столиком у фальшивого берега — они пойдут и убьют гребаных сукк и лысого сраного инкуба! Вот что такое — вера в меня! Действие, а не рассуждение! Четкое и максимально быстрое выполнение приказа — вот доказательство веры в своего командира!
За столиками перестали есть. Одна за другой потрепанные ночные бабочки и мотыльки поднимали головы и обращали к нам удивленные и немного испуганные лица. Особенно ошарашенными — и реально испуганными — выглядели сидящие за указанным мною столиком «гребанные сукки» и «лысый инкуб».