Утром мы отправились в Казанский Кремль, где в здании генерал-губернатора, я подписал своё отстранение от власти, заверив бумагу всеми положенными подписями и печатями. Всё действие засвидетельствовали местные чиновники и журналисты, после чего мы, не задерживаясь, отправились на поезд. На всём пути стояли люди, которые кидали под колёса еловые ветки, вместо цветов, хотя некоторые стояли и с одиночными цветами. Народ не выражал радости, а многие, не скрывая слёз, плакали. Эта картина очень огорчила меня, и я даже засомневался в своих действиях, но решительно отверг эти мысли, тем более, теперь уже было ничего не изменить.
Восьмого марта мы под вечер, прибыли в Екатеринбург, где нас уже ждали на перроне, и мы отправились с визитом к местному главе Анфиногенову Ивану Константиновичу, бывшему купцу. Мне пришлось посетить открытый на днях памятник императору Александру Второму, положив у его основания большой букет цветов. После короткой беседы простились с главой и по дороге к поезду свернули на Вознесенский проспект.
Охрана была предупреждена перед выездом, поэтому всё было подготовлено к моему приезду, пока мы посещали памятник.
Архитектура дома учитывала рельеф горки. Восточный фасад, обращённый на Вознесенский проспект, был одноэтажный, а западный, обращённый в сад, имел два этажа. К западной стене была пристроена веранда. А в восточной части здания, которая углублялась в склон горы, имелся подвальный этаж.
Дома хозяев не оказалось, поэтому нам открыл соседский сторож, у которого были с собой ключи. Я молча обошёл весь дом, начиная от первого и заканчивая вторым этажом, вспоминая сцены из своего сна видения, когда здесь жила царская семья в заключении. Интерьер немного отличался, но не существенно, хотя обстановка выглядела более богатой. Выделялось отсутствие вокруг забора, который построили перед приездом царской семьи в заключение.
Князь, сопровождавший меня всё время хождения по дому, смотрел на меня настороженно, но всё же нашёл в себе силы спросить,
— Что такого в этом доме?
— Я вам давно ещё говорил про дом Ипатьевых, вот это он и есть. Здесь был убит, а точнее, расстрелян последний император Российской империи в моём видении. Это случилось через семьдесят восемь дней его заточения вместе со своей семьёй. Убили всех, включая детей, слуг и врача, не пожалев никого. Что удивительно, Царствующая династия Романовых началась обрядом призвания на царство в Ипатьевском монастыре Костромы и закончилась расстрелом царской семьи в Ипатьевском доме в Екатеринбурге. Не находите это несколько символичным. И вот я уже как Романов, не император Российской империи, нахожусь в этом доме и по идее, всё должно было закончиться именно здесь. Изменив историю, мы изменили концовку и, надеюсь, теперь всё повернётся по-другому. Давайте, князь, спустимся в подвал, я хочу осмотреть то место, где должен был погибнуть последний император, — сказал я и отправился вниз по лестнице, остановившись на последних ступенях, меня пробрала дрожь, и окатило каким-то могильным холодом, отчего волосы на моей голове зашевелились.