Город горел. Тут и там над постройками поднимались столбы черного дыма, в нескольких местах даже с такого расстояния были видны очаги открытого пламени. Сентябрь. Сухая погода, жара. Ну и, конечно, ядра египетских пушек, сносящие концентрированным огнем дом за домом. Попытки турок зацепиться за Анкару, дать бой с опорой на древние стены, не пустить наглых бунтовщиков дальше, очевидно, терпели крах буквально на глазах.
— Нужно вводить в бой конницу, срочно, иначе левый фланг мы не удержим, — мужчина с совершенно европейскими чертами лица повернулся к главнокомандующему и указал рукой в направлении участка, который вызывал у него больше всего беспокойства.
— Я вижу, — кивнул турок, выслушав перевод с французского. Союзников Хафыз Осман-паша не любил, справедливо считая, что они не только не разбираются в местных реалиях, но даже не пытаются это делать. Или делать вид, что пытаются. Вот только утопающий, как обычно, хватается за каждую соломинку, и французские советники, а вернее их помощь, была именно такой соломинкой.
На этот раз османы попытались использовать сложный рельеф Малой Азии по полной. По сути, у египтян просто не было выбора, они были обязаны пройти мимо Анкары, чтобы разбить основные силы противника, собранные у этого города, и устранить угрозу своим флангам. Хафыз Осман-паша воспользовался удачной ситуацией и с помощью советников построил достаточно крепкие оборонительные позиции, левый фланг которых упирался в сам город, правый был надежно прикрыт рассеченными рекой холмами, а центр был дополнительно усилен несколькими редутами. Плюс траншеи, многие километры траншей, чего стоило их выкопать в тяжёлой каменистой анатолийской почве… Лучше даже не вспоминать.
Главнокомандующий осман подозвал к себе дежурного вестового и что-то ему скомандовал, молодой парень кивнул, шустро бросился к ждущей его немного в стороне лошади, сходу запрыгнул в седло и, с места перейдя в галоп, умчался в сторону расположенного чуть в стороне конного резерва.
— Что думаете, господин полковник, — к Вальяну обратился стоящий рядом соотечественник, отвечавший за помощь в подготовке артиллеристов. Непосредственное участие в бою французы принимать отказались, помня незавидную участь предшественников, однако еще до начала войны сил прибывшие из империи Бонапартов военные советники на этом направлении потратили просто немерено. И теперь с заметным разочарованием следили, как вложенные средства на глазах «сгорают» под огнем египтян.