Когда я захожу в отдел, меня встречают сочувствующими взглядами. Ну, видимо, все уже знают, кто и зачем меня вызвал.
Я стучу в двери кабинета Михалыча.
— Входи, — раздаётся голос начальника.
К моему удивлению, в кабинете Михалыч один. А где же орлы Болдырева?
— Вижу по взгляду, ты готовился к войне, — усмехается он и указывает на стул напротив своего стола. — Присядь. Сам понимаешь, крови твоей требуют.
— А сами зассали поговорить?
— Видимо, уверены, что своему родному начальнику ты в ебало не дашь.
Мы громко смеёмся, но Михалыч вздыхает и становится серьёзным.
— Озвучивайте приговор, товарищ полковник.
— Служебное расследование. По итогу, скорее всего, увольнение. При самом лучшем раскладе — строгий выговор.
— Пацанам что?
— По ним указаний не поступало.
— Уже хорошо. При самом лучшем раскладе — это в случае, если я пойду на поклон в Болдыреву, а его дочь потащу в ЗАГС прямо завтра? — уточняю с улыбкой.
— Так точно. И ещё. С сегодняшнего дня ты в отпуске на неделю.
— Заебись.
— В бесплатном, Саня. Рапорт напиши в кадрах.
— Суки.
— Сань, я бы помог, но…
— Не лезьте в это говно. Я сам справлюсь.
— Мне ещё шепнули, что будешь выделываться — проведут аттестацию на соответствие занимаемой должности. Понизят до простого опера.
— Вот же Викуля, наплакала.
— Зря ты ей не дал возможности в коттедже отдохнуть, — усмехается Михалыч.
Снова смеёмся. Но уже как-то не весело.
Да и похер. Бесплатный, так бесплатный. Зато с дочкой время проведу. Узнаю её лучше. В любом случае, после отпуска мне объявят результаты расследования, и буду думать, что делать. Бодаться или просто нахуй слать и на пенсию уходить.
Выхожу от Михалыча и сразу иду в кадры, где пишу рапорт на отпуск.
— Саш, мы за тебя, если что, — говорит на прощание Таня.
— Спасибо, Танюш. Мне, правда, приятно.
— Как дочка?
— Всё хорошо. Держится молодцом.
— Ты к ней присмотрись, Саш. Она могла ради тебя храбриться. Она же — девочка. По-любому сильно испугалась.
— Да, спасибо. Устрою ей вечер релакса.
— Сладенькое возьми. Нам это помогает.
Перед уходом захожу к своим ребятам, успокаиваю, что им за полигон ничего не будет. Да только им совсем не радостно от этого. Им за меня обидно. Мне же как-то ровно. К чему-то подобному я был готов. Знал, что Вика мне жизни не даст с папашей, пока не отомстит. Ну, ничего. Ещё посмотрим, кто кого.
Раздав указания своим операм, в том числе по Игорьку, адрес которого пробил Семён, иду к гаишникам, которые взялись за нашу с Лесей аварию. Мужики отправили постановление на проведение экспертизы, машина Леси пока у спецов. Обещают пригнать ей под дом к концу недели.