Простояв с минуту и придя к заключению, что ломиться ко мне Смолов не собирается, я до предела вывернула кран. Набрала в руки холодной воды и плеснула в лицо. Может, хоть это поможет собраться? Жаль, что в президентском люксе не предусмотрен краник с кофе.
Открыла одноразовый набор с пастой и щёткой. Щётка упала в раковину, вода брызнула на меня. Но зубы я всё-таки почистила.
В дверь резко стукнули.
– Можешь сидеть там, сколько хочешь, – с насмешкой сказал Смолов. – Это тебе не поможет. В номере есть вторая ванная, так что я обойдусь. Только от твоей твари придётся избавиться.
И опять воцарилась тишина.
Я оделась, расчесала волосы и собрала их в хвост оставленной на полке резинкой. И умудрилась же именно вчера надеть самую дурацкую из всех своих футболок! Оранжевая, со смайликом. Увидела её с неделю назад на лотке на набережной и не удержалась, купила.
Прошла по ванной туда-сюда, постояла… Не вечно же мне тут сидеть, в самом деле!
Собравшись с духом, я отперла замок и….
– Ты спятил?!
Подлетела к Смолову, державшему Ляльку за шкирку на вытянутой руке, и выхватила котёнка. Прижала к груди и наградила придурка гневным взглядом.
– Давай я тебя так схвачу! Ещё и встряхну!
– Попробуй.
Смолов надменно усмехнулся и поднял очки. Глаза у него были орехово-карими, взгляд – наглым.
Я инстинктивно погладила напуганную малышку. В глазах Смолова плясали ехидные смешинки. Вот же козёл! Ленки здесь нет! Она вечно в таких вот умудрялась влипать, а потом ныла, что нарвалась на гада!
Я посмотрела на Ляльку и убедилась, что она в порядке.
На физиономии Смолова читалось отвращение, смешинки из глаз исчезли, на скулах выступили желваки.
– Не нашёл себе противника по силам? Выместил злость на котёнке и рад?! А что он ни при чём, тебе вообще плевать, правда?! Что молчишь?! Я вышла, давай поговорим! Ты же так жаждал!
– Ты не оборзела? – огрызнулся он.
– Не оборзела!
Мы с Ярославом с минуту рассматривали друг друга. Я так и чувствовала, как он изучает меня. Словно он не смотрел, а касался, ощупывал. Стало жарко, но прятаться было некуда.
– Ты так и не ответила, кто такая, – наконец сказал он.
– Я тут работаю. Работала…
– Так работаешь или работала?
Губы его искривились в надменной ухмылке. На щеке появилась ямочка, в глазах – блеск. Я встречала многих похожих на него, но в Смолове было и нечто особенное. Этакий обаятельный мерзавец, которого хочется придушить.
– Работала, – сказала спокойно, насколько могла. – Вчера мне дали пинка под зад. Видимо, нелюбовь к животным распространяется на каждого самого мелкого начальника в этом отеле. Теперь я догадываюсь, откуда у неё ноги растут.