— Господи, Варенька! Что стряслось? — воскликнула она, вытирая руки о полотенце. Она подбежала ко мне и крепко обняла своими мягкими, заботливыми руками.
Я уткнулась носом ей в плечо и разрыдалась так, что перехватило дыхание.
— Он… он мне изменил! Бросил меня и ушёл к другой! А я как дура ждала его, платье свадебное выбирала! А он…а он…
Любовь Григорьевна гладила меня по спине, приговаривая тихим, успокаивающим голосом:
— Ну тише, милая, тише… Не реви ты так. Да разве ж это мужик, раз смог предать свою половинку? Не стоит он твоих слёз. Не твой он человек, не твоя судьба. Ты ещё встретишь своё счастье, вот увидишь. А этот твой Лёша… пусть катится, куда глаза глядят. Найдёшь себе другого, верного и любящего.
Я всхлипнула последний раз и подняла заплаканное лицо.
— Мне и пойти теперь некуда… Родных здесь нет никого, а обратно в деревню к родителям возвращаться я совсем не хочу. Как же мне быть-то теперь?
Дверь кухни тихо отворилась. На пороге стояла хозяйка дома, Людмила Викторовна. Она замерла, явно смутившись, поняв, что стала невольной свидетельницей чужого горя.
— Простите, девочки, я не хотела подслушивать, — мягко сказала она, проходя внутрь. — Дверь была открыта, я услышала голоса… Варя, голубушка, прими мои соболезнования. То, что сделал твой жених — просто ужасно.
Людмила Викторовна подошла ближе, окинув взглядом моё зарёванное лицо и чемодан, стоящий рядом.
— Варя, если тебе нужна крыша над головой, то ты можешь остаться здесь. Твоя вакансия ведь изначально предполагала проживание. Ты просто отказалась тогда, предпочла ездить домой. Оставайся здесь, если хочешь. На втором этаже есть две пустующие комнаты — выбирай любую.
Слезы снова навернулись на глаза, но теперь уже от облегчения и благодарности.
— Спасибо вам огромное, Людмила Викторовна! — прошептала я, сжимая руку хозяйки. — Вы такая добрая… Я даже не знаю, как вас благодарить!
— Пустяки, — тепло улыбнулась хозяйка. — Иди, обустраивайся.
Я схватила ручку своего единственного багажа и поспешила наверх. Деревянная лестница поскрипывала под ногами, пока я поднималась на второй этаж. Я нашла одну из пустующих комнат и толкнула дверь плечом.
Комната была небольшой, но светлой. Я поставила чемодан на пол и тяжело опустилась на кровать. Вся эта нервотрепка с Лёшей выжала из меня все соки…
Мысль о бывшем женихе обожгла новой волной злости. Я резко встала, подошла к окну и посмотрела вниз, на темнеющий сад.
Может быть Любовь Григорьевна права, и Лёша действительно мне просто не по судьбе?
Вот только легче мне от этого не становилось. Предательство от любимого человека ещё долго будет обжигать моё сердце…