«Куда я лечу?» — спросила она. И голос внутри нее ответил: «К нему».
А через десять минут она была в нужной точке, но Алексей не откликался на посланный на нейросеть сигнал вызова.
«Ну, где же ты?»
И вдруг тонкая, но крепкая нить потянула ее к центру плато. Там угадывался какой-то темный предмет в центре.
«Что это?» — подумала девушка.
И тут пришёл долгожданный отклик от нейросети человека, а она увидела его, стоящего в центре плато, у какого-то камня.
«Алеша, живой!» — непроизвольно воскликнула она. Но человек, казалось, услышал эти произнесенные вслух слова и поднял взгляд к небу, откуда к нему несся истребитель девушки.
«Да, я живой», — услышала она мысль у себя в голове.
Я стоял в рубке «Дракара».
«Искин ослушался приказа», — что творится в этом мире, и ладно бы только один, но это сделали абсолютно все мои партнеры. Но именно это спасло мою жизнь.
Момент, когда с неба ко мне несся истребитель Леиты, я запомнил на всю жизнь.
Она пришла за мной.
Она не оставила меня.
Они все не оставили меня. И это безумно грело душу. Теперь я точно знал, вот те, кто никогда не предаст и будет рядом со мной до конца.
А потом приземлился истребитель, и из его каюты выскользнула быстрая и грациозная тень, которая понеслась ко мне, я ринулся к ней вперед. Никаких сомнений, что это может быть кто-то другой, в моей голове не было.
«Это она, моя Леита», — промелькнула в моей голове мысль.
Такой бури чувств и эмоций, что хлынули в меня, я не ожидал. Я подхватил подлетевшую ко мне девушку на руки и прижал к себе. Как я сожалел в этот момент о том, что не могу поцеловать ее, что на мне надет шлем-маска, что кругом нас окружает безвоздушная среда, что мы сейчас так близки и далеки. Она не перейдет тот внутренний рубеж, что пролег между нами по каким-то важным дня нее причинам.
А потом прилетели два истребителя с «Дракара», и мы, чтобы не задерживаться, отправились обратно на корабль. И вот теперь я стою в рубке своего корабля и не знаю, что делать.
Леита, как только мы попали на корабль, повторно бросилась ко мне, обняла и, так простояв несколько минут в тишине, произнесла:
— Больше никогда не пропадай.
— Хорошо, — ответил я, а сам, замерев, вдыхал аромат ее волос.
«И почему я раньше никогда не замечал, что от нее идет такой манящий запах летней травы и тенистого лета. Вот они, оказывается, какие — настоящие эльфийки. Нежные и манящие. Любящие и верные. А не замечал я ничего, наверное, потому, что не было у меня до этого такой возможности, просто быть с ней рядом и обнимать ее, ощущать рядом с собой. Но теперь я постараюсь это упущение исправить. Только ради понимания этого стоило рискнуть. Правда, в чем заключался риск, я так и не понимаю».