— Интересно… слушай, а если парни и девушки равны в этих отношениях и нет знати…
— Никто не заставляет выбирать себе супруга, вообще нет понятия политического брака. И иногда девушка приходит с предложением к парню. Правда нередко приходится долго добиваться партнёра, что хочет увидеть твою решимость. В общем — культурные особенности. С людьми проще. Спас пару раз, послужил подушкой и всё: «Я твоя».
— Мелочи какие, — улыбнулась Эшли. — Путь за сто лет не забыл, старичок?
— Запамятовал немного. Максимум месяц покрутимся. Если не найдём, буду спрашивать дорогу, — подмигнул я. — Хотя я тут и правда давно не был. Но дорог тут немного, в отличие от ориентиров. Вот за что горы люблю! В мелкие деревеньки не попадём, свернув не туда. Давай ускоримся, Вис’те’лар не особо глубоко в горах. Дальше мана высокая. Но всё же не на границе.
Мы подогнали лошадей, ускорив путь по каменистой дороге. Отдохнут там. Или не будем торопиться назад, если мне начнут показывать на дверь и гнать безумца и чужака.
И уже скоро… нашли поросший зеленью город, высеченный в скале: окружённый стенами и укрытый от ненастий скалами. Закатное солнце освещало его оранжевым. Красиво и разжигает ностальгию. Город, в котором я одновременно никогда не был по-настоящему своим, место многих воспоминаний, место откуда меня изгнали и где уважали как героя.
Вокруг теперь куда больше зелени, Жизнь взяла своё, закрыв древние места сражений, выжженные пустоши на подходах к городу. Теперь тут ещё более красиво.
Мы подъехали к вратам. Теперь стражи.
— Пусть пути и дороги далеко ведут от дома, странник возвращается к родным пикам, покуда река времени течёт мимо, а круговорот жизни продолжает свой цикл. Во имя Небес прошу… скажите старейшине Тениси или Селвару… что прибыл гость. Ма’Ир… тот, кто может сказать кое-что о… Буревестнике.
На меня внимательно уставилась женщина с тонкими зелёными чёрточками на лице и кивнула.
— Хорошо, человек. Ждите здесь.
Она ушла, впрочем за нами следил ещё один, думаю — пять колец. Формально — силён.
— Буревестнике? — тихо спросила Эшли.
— Глупое прозвище, что мне дали алмар. Хотя от людей ещё хуже были: самому неловко.
— И какие же, например?
— Ярость Небес. У нас небо часто ассоциируют с молниями, а молнии я любил. И любил их ронять на головы недругам.
Пока Эшли улыбалась, я продолжал разглядывать город. Что-то изменилось: стена совсем другая. Основные части высеченных в скале зданий остались те же, хоть и обновили внешний декор. Вис’те’лар — главный и единственный город алмар. Настоящая крепость и величественное сооружение. Несравнимое красотой ни с одной крепостью людей.