— Все одно в дорогу. Тебя в госпиталь надо. Да и мне помощь врача не помешает. Досталось нам, Митя. И досталось знатно. Хорошо как мне к утру хоть малость полегчает. Но может и хуже стать. Что до тебя, так я и сейчас скажу: завтра будет только хуже. В лучшем случае будешь плох, но стабилен. А то ведь состояние может и дальше ухудшаться. Я не пугаю, Митя. Просто ты должен понимать, что происходит, и не хорохориться. Вижу ведь, решил караулить до утра. А там еще и погеройствовать, повозиться с котлом. Лишнее это, Митя. И до добра не доведет. А что касается еще одной банды… Не многовато ли будет для одной неприметной речки? Все, дружище, спать.
Н-да. Говорят, утро добрым не бывает. Ну кому как, а вот Петру повезло. Спал он как убитый, просто провалился в забытье без сновидений, и все. Но зато когда его разбудила Ляля, которая металась между ним и дверью, напоминая бессовестному хозяину о своих потребностях, понял, что самочувствие значительно улучшилось. От серьезных физических нагрузок, конечно, лучше бы воздержаться, но в общем и целом вполне приемлемо.
Пока разводились пары, успели позавтракать. Митя из постели уже не поднимался. Как и предполагал Петр, пареньку стало гораздо хуже. И чем ему помочь, Петр не представлял. Разве что сменить повязку и убедиться, что рана чистая. Во всяком случае пока.
Из Оленьей речки в Сосновую вышли без приключений. Кстати, Петр так и не понял, отчего местные называют золотую речку Оленьей. За два с лишним месяца он не увидел в округе ни одного оленя. Кабаны, лоси, косули, те случались несколько раз, напарникам даже удавалось добыть подсвинков и косуль. На лося рука не поднималась. Ну куда девать такую гору мяса? Вот если бы был холодильник или ледник, тогда другое дело. А так… Неправильно это. Не голодуют ведь.
А вот с Сосновой все ясно. По ее берегам преобладают сосновые боры, изредка перемежаемые смешанным лесом, но с наличием все тех же сосен. И это хорошо. Потому что сосняк практически начисто лишен подлеска, видно в нем куда дальше, чем в лиственном, да и бурелома почти нет. А значит, и злоумышленникам спрятаться куда сложнее.
Угу. Как в той поговорке — обжегшись на молоке, на воду дуют. Умом Петр понимал, что напороться на вторую банду — это нечто нереальное. В тайге и обычных-то людей не больно много, что уж говорить о шляющихся толпами бандитах. Приисков в этой стороне нет, маршруты, по которым возвращаются рабочие обратно в Китай, проходят в стороне.
Вот только Пастухов ничего не мог с собой поделать и, управляя «Карасем», больше времени уделял берегу, а не руслу реки. Впрочем, если припомнить зимнее происшествие с подручными купца Заболотного, подобный подход уже не казался таким уж смешным. Тогда Петра спасла самая банальная паранойя.