— Мне говорили, что вы за ночь больше поднимаете игрой в карты, чем при такой доле сумеете заработать на этой мастерской за год. Да чего уж там, одна лишь постройка цехов во что обошлась.
— Я ведь говорил, что мне за державу обидно.
— А как же быть с вашими же словами относительно того, что нас разделают под орех?
— Без меня у вас не было бы шансов. Со мной ситуация немного иная. Как писал Вольтер: «Господь помогает не большим батальонам, а тем, кто хорошо стреляет».
— Хвастаете?
— Имею право.
— Л-ла-адно, посмотрим, как оно у вас получится на деле. Сигнальщик, сообщение на «Ляодун» — идти самым полным ходом в Артур. Рулевой, курс двести двадцать. Идём на сближение с противником.
— Вы настолько мне доверяете? — подпустив иронии, спросил я.
— Ни в коем случае. Если пойму, что игра не стоит свеч, буду уходить, прикрывшись дымами, — в тон мне ответил Колчак.
— У вас имеется дымогенератор?
— Представьте себе. Приметил этот агрегат на «Новике» и, признаться, не понимаю, отчего наши командиры кораблей не спешат обзавестись ими.
— Быть может, боятся получить по загривку?
— Это их проблемы. Что же до вас, то прошу к орудию. Гурьянов, а ну-ка, позволь их благородию подержаться за штурвалы.
— Слушаюсь, ваше благородие, — тут же вытянулся находившийся у пушки дюжий артиллерийский кондуктор.
— А шрапнели у вас случайно не осталось? — спросил я Колчака.
— Я слышал, что вы неплохо с нею управляетесь в море, но на вас рассчитывать не приходилось, а зная о печальной статистике использования сегментных снарядов, предпочёл от них отказаться.
— Ясно. Жаль. Двести шестьдесят пуль в одном снаряде — это впятеро больше, чем в пушке Барановского. Вот уж повеселился бы. Ладно, за неимением гербовой пишем на простой, — потёр я руки и двинулся к пушке обживаться.
Японцы открыли по нам огонь ещё до того, как сами оказались в зоне поражения нашей пушки. Действовали грамотно. Для начала выстрелили из носового орудия пристрелочным. И должен заметить, что изрядно при этом промахнулись. Барашек сегментного снаряда вспух далеко в стороне, и поражающие элементы взбили свинцовые воды, ничуть нам не навредив.
Колчак тут же приказал изменить курс и слегка уменьшил скорость. Так что очередной гостинец, теперь уже из кормового плутонга, также не взял нас под накрытие. А мы снова ускорились, забирая левее.
Так, меняя курс и скорость, мы упорно шли на сближение с авизо, командир которого решил оставить удаляющийся пароход на закуску и сосредоточить основное внимание на нас. Вообще-то, вполне ожидаемо. Ценность «Сердитого» в сравнении с «Ляодуном» несопоставима. Всего лишь небольшой пароход водоизмещением до тысячи тонн и истребитель, за которым, к тому же, не нужно гоняться.