Я чувствовала это. Мой хаос, который я считала проклятием и бедой, теперь успокоился, найдя свое русло в его силе. Без него я снова стану неполноценной. Без него мир станет серым и враждебным.
— Ты невыносим, — прошептала я, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в глупой, счастливой улыбке. — Ты деспот, тиран и собственник.
— И я люблю тебя, — просто сказал он.
Мир вокруг нас исчез. Разрушенный двор, перепуганные адепты, дымящиеся останки монстров — все это перестало существовать. Остались только мы двое и эти слова, которые упали между нами, как тяжелые золотые монеты. Он сказал это. Великий и ужасный лорд Дракс признался в любви попаданке-неудачнице.
Я потянулась к нему, вставая на цыпочки, чтобы поцеловать его. Чтобы сказать «да». Чтобы сказать, что тоже, вопреки здравому смыслу, влюбилась в своего тюремщика. Но судьба, как обычно, решила, что с нас хватит романтики.
Небо над островом вдруг раскололось с оглушительным треском.
Мы оба вздрогнули, разрывая объятия. Рейнар мгновенно подобрался, его лицо снова закаменело, превращаясь в маску ректора. Я проследила за его взглядом. Там, где еще минуту назад сияли звезды, теперь разгоралось фиолетовое марево. Пространство шло рябью, словно кто-то гигантский пытался прорвать ткань реальности снаружи.
— Какого демона? — рыкнул Рейнар, и в его голосе снова прорезались драконьи нотки. — Я только что закрыл все проходы!
— Это не изнутри, — я почувствовала холодок, пробежавший по спине. Мой дар, чувствительный к любым искажениям, забил тревогу. — Кто-то ломится к нам снаружи.
— Совет магов, — выплюнул Рейнар, и его глаза сузились. — Они почувствовали всплеск силы. Смерть Зодчего, наше слияние, трансформацию… Империя решила проверить, почему их любимая тюрьма для смертников вдруг засветилась на магических радарах как сверхновая звезда.
Во двор выбежал Ладвиг, бледный, но собранный. Его ледяная броня покрылась трещинами, но он держался с достоинством.
— Лорд ректор! — крикнул он. — Периметр прорван! Фиксирую попытку принудительного открытия стационарного портала с материка! Они запрашивают доступ!
Рейнар выругался — витиевато, грязно, на древнем языке, от которого у меня покраснели уши. Он посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло сожаление.
— Мне нужно идти, — сказал он быстро, сжимая мои плечи. — Если я не отвечу, они решат, что остров захвачен, и ударят боевыми заклинаниями. Я должен показать им, кто здесь хозяин, пока они не разнесли остатки академии.