Из-за ворот сарая донесся приглушенный разговор. Петровский о чем-то совещался с высоким человеком в кожаном пальто.
— Ну что ж, раз это наша команда… — донеслось до меня. — Но только без лишнего шума.
Что за шутки? Я смотрел, как в сарай вошел представитель ярославского автозавода, главный механик Игнатьев. За ним двое рабочих вкатили тележку с запчастями.
— Доброе утро, коллеги, — негромко поздоровался он с экипажем ярославской машины. — Тут кое-что из нового привезли. Поможем немного своим.
Я видел, как быстро и деловито заводские мастера включились в ремонт. Новые подшипники, усиленные рессоры, специальная незамерзающая смазка — все это моментально нашло применение.
— Только давайте без лишнего внимания, — вполголоса предупредил Петровский, проходя мимо. — Формально это, конечно, не запрещено, но все же…
Меньше чем через час ярославский грузовик был как новенький. Их команда сияла от счастья, украдкой пожимая руки заводчанам.
— Спасибо, выручили, — шепнул водитель ярославской машины. — Теперь точно до Вологды дойдем.
Впрочем, не все прошло гладко. В процесс ремонта неожиданно вмешался наблюдатель ярославской команды, Калинов:
— Позвольте, но это может нарушить равные условия пробега…
Тут же подошел представитель Коломенского завода Муромцев, худощавый желчный человек в потертом пенсне:
— Категорически протестую! Это дает необоснованное преимущество!
Петровский спокойно выслушал обе стороны:
— Товарищи, в правилах нет прямого запрета на помощь местных предприятий. К тому же речь идет только о замене изношенных деталей, а не о конструктивных изменениях.
— Но позвольте… — начал было Калинов.
— Более того, — продолжил Петровский, — такая поддержка отечественной промышленности вполне соответствует духу пробега.
Я подошел к спорящим:
— Со своей стороны наша команда не имеет возражений. Это честная техническая помощь, которая доступна любому участнику в своем регионе.
Калинов еще немного поворчал, но в итоге согласился, поставив в журнале соответствующую отметку. А вот Муромцев отошел, всем видом демонстрируя несогласие.
— Вот увидите, это еще аукнется, — бросил он через плечо. — Я подам официальный протест в Москву.
Но его уже никто не слушал — заводские мастера споро продолжали работу.
Около девяти утра наша колонна выстроилась на Угличской улице. Мартовское солнце уже поднялось над куполами Казанского монастыря, но воздух все еще обжигал морозной свежестью. От реки тянуло влажным ветром, предвещающим оттепель.
— Все машины готовы к старту, — доложил Петровский, обходя колонну. — Выезжаем по расписанию.