— Ваше Величество, нельзя! Судите его, а затем казните, но только не убивайте самолично.
Откуда здесь взялся дон Алонсо? Я ведь приказал никого не пускать. Тем временем меня оттаскивают от рухнувшего на колени Эрнста Мекленбург-Стрелицкого. Пытаюсь сопротивляться, но это бесполезно, когда тебя держат сразу де Кесада и Пафнутий.
— Прочь! — делаю ещё одну попытку, но понимаю, что уже начинаю выдыхаться.
Да и не могу я убить этого слюнтяя, глотающего сопли у стеночки. За что? Ору мысленно вопрос, который я задавал себе последний раз шесть лет назад. Чем я прогневил бога или судьбу, что у меня постоянно отнимают самое дорогое? Сначала Аня, теперь сестра.
У Лизы не получалось родить. Два выкидыша подряд сильно ударили по её душевному состоянию. Хуже всего, они изрядно подкосили здоровье сестрёнки. При этом она продолжала мечтать о детях и не хотела слушать предостережения врачей с просьбами семьи. Мы даже немного поругались. Просьбы Антона Ульриха и братьев тоже игнорировались. Но в итоге Елизавета успокоилась и решила повременить с зачатием. Я же предупредил её глуповатого муженька, чтобы тот соблюдал предосторожность. Но вот новая беременность, выкидыш и смерть от кровопотери.
— Вы тоже немец, — вдруг произнёс Эрнст, сморкнувшись в платок, — А я её любил! И вообще, мою супругу призвал господь.
Кровь снова бросилась в голову. Меня начало трясти от желания растоптать балбеса. Тут же в голове промелькнула картина мертвенно-бледной Лизы, лежащей в гробу. И я снова зарычал, наступая на отползающего принца.
Сука!!!
Вдруг меня, куда выбрасывает, и я уже сижу в каком-то помещении. Сначала не могу понять, что произошло. Оглядевшись, вижу вокруг обстановку собственной спальни. Снова этот жуткий сон!
— Опять? — изящные ладошки супруги ложатся на плечи, а сама она прижимается к моей спине, — Ты слишком много работаешь. Надо же хоть немного отдыхать. Вот зачем ты вчера после приёма засел за бумаги? Вообще-то, тебя ждали в спальне. Неужели, документы нельзя было прочитать с утра?
— Прости, — ложусь на кровать и прижимаю Катю к себе, — Но я вроде потом наверстал упущенное.
Удар кулачка вбок и тихое фырканье подтверждают, что ночью я не оплошал. Не сказать, что мы прямо сгораем от страсти, но точно не охладели друг к другу.
Смотрю в окно и понимаю, уже утро. Празднества затянулись, перешагнув далеко за полночь, и столица сегодня спит. Высший свет, конечно. Судя по едва слышным звукам, слуги давно работают и обеспечивают жизнь столь огромного сооружения, как Зимний дворец.