Главный страж зоны аномалий тащит меня в восточное крыло, и я даже не могу представить, что именно собирается со мной делать Кайриан. Он толкает массивную дверь, а затем и меня, и захлопывает клетку, закрывая дверь на ключ, отчего моё сердце быстро бьётся в горле.
«Ашкай. Что он намерен делать?» — спрашиваю мысленно у своего фамильяра.
Я не умею читать мысли, хозяйка. Лишь скажу, что этот воин поможет инициировать вашего дракона.
«Что это значит?»
Вторая ипостась пробуждается зачастую в детском возрасте у сильных магов, в среднем у более слабых. При помощи медитаций, сильной боли или смерти.
«Смерти?!»
Такие случаи известны, но их слишком мало. Огненные драконы-фениксы стали легендой, но кто сказал, что легенды не имеют в основе своей правдивых корней? Есть случаи, когда дракон слишком глубоко внутри, и он не знает о том, что ему следует проснуться. И тогда его должен позвать другой дракон.
«Как это?»
— Эзра, — дёргает меня Бард. Кажется, он звал уже несколько раз, а я не реагировала. Фокусирую взгляд на страже, который указывает на стул за столом.
— Я бы отдохнула у себя, голова болит, — надеюсь, он услышит и отпустит меня.
— Как только мы закончим, — улыбается с хитрым прищуром, добывая откуда-то два кубка и кувшин. И мне становится не по себе. Что он задумал? – Ты сегодня отлично справилась, Эзра. Я сразу приметил тебя, когда ты появилась в Гоствуде.
Он протягивает мне кубок с драконьим янтарём, ожидая, что я приму его.
— Я не…, — намерена отказаться, но он перебивает.
— Пей, — и в одном слове и просьба, и приказ.
«Что это, Ашкай? Он хочет меня отравить?»
Ты нужна ему, разве не ощущаешь, как его дракон мечется рядом с твоим. Уровень магии добрался до пятидесяти трёх. Ты стала сильнее, но этого недостаточно, чтобы способности раскрылись в полной мере. Этот дарн твой шанс!
— Пей же, — теперь это лишь приказ, и Бард помогает мне осушить до конца кубок. Пламя разливается по горлу, добирается до желудка и расходится дальше по телу жаром. – Значит, ты видела всадника? – начинается допрос.
«Что не так с этим всадником?»
Его видели лишь избранные.
— Наверное, я ошиблась, — пытаюсь убедить и его, и себя во лжи. А как же рисунок? Там был рисунок, мне не отвертеться. Только, если его видел генерал, почему не он допрашивает меня? – Теперь я задам вопрос, — говорю, и Кайриан вскидывает брови, а потом усмехается.
— Давай, — он неторопливо принимается расстёгивать дублет, смотря на меня, и мне отчего-то становится жарко.