— Даже больше, чем настолько! — слегка непонятно, но важно и со значением подтвердила служанка. — Вы же знаете, леди Мэрили, что Кассиан мне симпатизирует?
«Ой-ой-ой, роковая красавица! », — восхитилась госпожа Мелинды, глядя, как горделиво дуется её горничная. Правда самому мальчишке, что на два года младше служанки, Мелинда демонстрировала прямо противоположные показанной сейчас гордости чувства: величественно-недоуменные взгляды. В которых Мэрили легко узнавала свои собственные, бросаемые на любого, кто не находится в категории «враг» , но всё же рискует приблизится к наследнице Валуа. Эдакое… Предупреждение для непрошеных собеседников: « не стоит этого делать» .
«Надо, кстати, с Мелиндой поговорить на эту тему », — решила девушка, кивая служанке. Касс… мальчик хороший, и если Мелинде не нравится, что он пытается как-то привлечь её внимание, не стоит играть в « Суку Валуа» . Слуга сэра Бойла такого просто не заслужил. Достаточно обычного разговора, чтобы обозначить свою позицию… Или прекратить стеснятся, прячась за маской, и начать хотя бы обычное общение.
С Кэролайн-то Мелинда уже крепко сдружилась. Та даже даёт доверенной служанке леди своего господина довольно полезные советы. Например, заняться самообразованием, развиваясь в сторону секретаря, чтобы стать ещё полезнее для своей хозяйки. Секретарь барона Брэйн, как рассказывала Мелинда, даже согласилась заниматься с личной горничной леди Валуа, когда они с госпожой посещают особняк Брэйн.
«Как приятно» , — девушка сощурилась от удовольствия. Подруга увлечённо щебетала о том, как мальчишка оказывает ей знаки внимания, раздуваясь от гордости, а Мэрили понимала, что жизнь стала… лучше и приятнее не только у неё.
Её личная горничная, молодая девушка, что совсем скоро войдёт в брачный возраст — единственная, самая дорогая в мире подруга… Ей тоже было тяжело. У них, буквально, были только они. Две души посреди бескрайнего Океана одиночества. Дитя Скорби и Запечатанная Ведьма.
Когда всё изменилось? Ответ прост. Когда в жизнь Мэрили ворвался доблестный рыцарь. Разогнавший тоску, серость, уныние, наполнивший её жизнь светом… Нет. Не так. Он принёс с собой Тьму.
Заботливую и мягкую. Комфортную и приятную. Но в то же время яростную, бескомпромиссную, обжигающе горячую, но так же и холодную, безразличную.
Тьма была разной, и сделала… так много.
Её, Мэрили, она вырвала из Океана одиночества, усадила в мягкое, удобное кресло комфорта, укрыла тёплым пледом заботы, напоила обжигающе горячим чаем симпатии, в котором был разбавлен сладкий-сладкий сарах любви. И с каждым глотком чай становился слаще, а плед всё больше согревал её. Но никогда Мэрили не становилось ни приторно, ни жарко. Всегда было так… как она мечтала! Только новые грани сладости, только новые ноты тепла.