В подвале так же находились трое простолюдинов, прикованных к стене: мужчина около сорока, очень похожий на него подросток пятнадцати-семнадцати лет, и молодая, симпатичная девушка. Где-то я её видел. Судя по валяющемуся рядом с ней мешку — именно её притащили последней.
Платье было местами порванным, скулу украшал свежий синяк, губа разбита. Одна нога не имела обуви, а щиколотка сильно распухла. Не ждать долго было верным решением: девушкой, очевидно, собирались воспользоваться, но не успели — исподнее, что можно было разглядеть в незапланированный «разрез» юбки, присутствовало на месте. Хорошо. Очень хорошо. Мне многое не нравится, но насильники буквально приводят в бешенство.
Преступлениям, преследующим цель удовлетворить похоть — нет оправданий в моих глазах. Можно понять воровство из-за нужды, можно понять причинение вреда из мести. Многому можно найти оправдания: даже предательство бывает вынужденным, когда предателю приходится выбирать между верностью господину, честью или жизнью любимых. Но удовлетворение похоти… Мерзость и низость.
— Пощады! — первое, что было мной услышано от одного из чернокнижников, бухнувшегося на колени.
Совсем юнец, и двадцати лет не дать. После того как этот идиот отпустил гримуар, висящее в воздухе, и так нестабильное плетение атакующего заклинания, стало развеиваться обрывками сложной паутины. «Луч Тьмы» само по себе не особо сильное колдунство третьего круга. Быстрое — да, среднему рыцарю от него было бы тяжело уклониться. И самое печальное — ничего больше я и не вижу.
«Чего⁈» , — я едва не вскрикнул от удивления.
— Чего⁈ — а вот второй демонопоклонник, лет на десять старше первого, не сдержался, вылупившись на своего подельника, что разрушил единственную возможность меня атаковать. Он был настолько шокирован, что даже отвёл взгляд от моей персоны.
«Да что с тобой не так⁈» , — чуть ли не завопил я на молодого придурка.
Чернокнижников не щадят! Никогда! Увидел продавшего душу — убей! Что за фарс⁈ Вот уже пять секунд я, как дебил, стою в проходе с клинком наперевес, а эти два клоуна хернёй страдают. И ведь свидетели смотрят! Вон, девушка со знакомым лицом так и блестит злой радостью в глазах.
Эх, получается, придётся устраивать представление своими силами…
— Как подло! — крикнул я, рывком уходя в сторону пленников, резким ударом пропитанного аурой клинка разрубая теневое щупальце, созданное моей же магией. — Я вам не позволю причинить вред невинным!
— А⁈ — вытаращились оба чернокнижника, после чего удивлённо переглянулись. За время их пантомимы я вёл… э-э-э… бой с тенью, получается?