Другое дело, если бы он отказался, то оказался бы или убит, или, по крайней мере, с потерянной карьерой. Вот, как это бывает в жизни, оба были правы, и осталось лишь радоваться, что они до сих пор живы.
Он, правда, по-прежнему сдержан и они не близки. И не потому, что он ее разлюбил. Наоборот, он ее еще больше любит и поэтому останавливает их от шага в любовную пропасть.
А теперь, м-да, коснемся делов наших грешных. Рядом лежит такая близкая, но такая нелюбимая, а, значит, и нежеланная. И ведь она это знает! но итог, она беременна, и ждет от него ребенка. Не прошло и два века, хе-хе! Причем, вопреки поговорке, лет ему стало действительно го-го-го!
Посмотрел на нелюбимую жену. Во сне, расслабившись, она казалась немного более прелестной и все равно нежеланной. Прости, милая, но, видимо, от самого Господа нам предназначено не быть вместе.
Подумалось вдруг, как было бы здорово, если бы рядом лежала не хорошенькая, но все одно надоедливая Елена Федоровна, а любимая Мария Николаевна, моя Машенька! Понятно, что скабрезно и очень не прилично, но ведь это лишь мысли!
Потом думы полезли в другую сторону. Зимний дворец и конкретно великую княгиню опять обокрали. Все, хватит! Никакие воры больше не сумеют утащить, ни саму Марию, ни ее бриллианты! Пусть даже не пытаются, грязные сволочи! Попытайтесь только вытянуть свои блохастые ручонки, даже не подумаю, пущу в ход топор! Рубить буду с ходу и по корню!
Кстати, — вспомнил Константин Николаевич, — относительно воров, грабителей и прочей нынешней мрази. Сегодня же надо брать Андриана Крапивина, по уголовной фене пахан в законе по прозвищу «Два Пальца». Или, как сейчас, «Два пальца»? А плевать эти прозвища! Бить надо!
Подумаешь, что он себя называет по терминологии полиции XXI века. Сейчас, в XIX веке суть та же, хотя термины еще другие. И ничего, про себя можно. Теоретически-то он знает, князь еще до попаданца студентом учил. Понятно, что профессура дает облагорожено, научно, без мата и прозвищ, но основа правильная. А так, найти, взять и наказать! И, по возможности, строже!
Пусть их, физическая сила всегда грубая, но в полиции правдивая. Особенно если она с оружием, не огнестрел, но все же. Нож и сабля — это та же сила. Вот поймают и накажут!
Честно говоря, Константин Николаевич принципиально не пролазил в жандармские порядки. Особенно когда граф Бенкендорф, шеф корпуса жандармов, следя за честью мундира, специально при князе подчеркнул, что оружием и вообще порядком жандармов при осмотре и любом аресте наблюдает и руководит генерал-майор свиты его величества Стрельбицкий. И только к нему, голубчик!