Император удивился:
– На твоей территории?
– Да, распоясались, когда матушке приходилось одной справляться, – ответил Грегори Ландер.
Император вызвал секретаря и дал ему поручение. Они с генералом не успели даже выпить бодрящего напитка, как в кабинет к его величеству привели офицера из службы наказаний, и уже скоро они узнали, что группа лиц, отправленная по этапу в сторону Серебряных гор, совершила побег, и все они поданы в розыск.
А когда офицер достал их личные дела, то Грегори Ландер окончательно убедился, что ему не показалось, и в нападении действительно участвовали и Иварник, и его сообщники.
Магический поиск ничего не дал.
– У них артефакты из Риадоха, – сказал Грегори, – они ими меня и обездвижили, похоже, несмотря на договор, Риадох продолжает делать запрещённые магические вещи. Ваше величество, отпустите меня, – взмолился генерал, – я найду этих предателей, и потом один направлюсь в Риадох.
– Да, – снова с сарказмом произнёс император, – чтобы там геройски погибнуть. – И взглянув на Грегори, добавил: – У меня есть другое предложение.
Грегори Ландер выслушал императора и согласился, что его предложение оптимально, но это был голос разума; голос же сердца орал, продираясь сквозь барьеры, установленные разумом, раздирая в кровь и без того израненную расставанием душу, что надо наплевать на все империи и лететь туда, где она.
Но в одном император был прав: даже ради истинной нельзя начинать войну. А вот дракон в душе Грегори Ландера думал иначе. Он собирался всех убить, кто хотя бы пальцем прикоснулся к его избранной. Правда, она ещё не знает, что избранная, но он ей обязательно скажет об этом, сам.
Скоро им должны были привезти образцы крови преступников, их всегда брали на случай непредвиденных обстоятельств в шахтах, куда предполагалось отвезти преступников.
Император дал добро на проведение одного из сложных ритуалов, с помощью которого их найдут, и никакая септария им не поможет.
***
Катрина
Настроение с утра, несмотря на отличную погоду, было ужасным. Я представляла себе замученных, сожжённых солнцем, в рваных одеждах мужчин и женщин, которые, согнувшись в три погибели, дружной шеренгой шагают по полям этого лартуса-рабовладельца.
На лицах – усталость и безысходность, и стоило только представить, что и я скоро пополню их ряды, как мне сразу становилось плохо.
– Катрина, прекрати! – резко сказал съер Маар. – Твои эмоции передаются ребёнку, а он транслирует их на ближайшего дракона.
«Ничего себе, – подумала я, – мой малыш и так умеет?»
И откуда-то пришла волна тепла и радости.